И еще меня беспокоит. Как мы трагически не ценим своё текущее тело. Смотрю свои видео из Тбилиси — ну какая нежная красота. Даже под коркой брутальности. Семь лет назад мне предлагали сняться в фотосете для календаря пирелли, где все с голыми сиськами. Я: О Боже кто-то увидит мои уродские сиськи? Да я вообще не разденусь, я вешу 57 кг, я слишком толстая. Сейчас смотрю в зеркало (я уже могу смотреть и не плакать) и понимаю, что надо было сняться. Уверена, что в 90 лет мы будем листать свои фото, где у нас был не тот нос, не тот вес, не те уши, и умиляться своей молодой красоте. Умиляться, вздыхать и заходиться в старческом кашле. И тогда мы мы не будем ценить свою увядающую красоту. Но чего мы так паримся о красоте? Просто все в нашей жизни завязано на визуальной красоте. И она всегда подаётся как ускользающая, а не окончательная. Иначе бы индустрия красоты даже не рождалась. Нам всегда кажется, что лучшее будет где-то там, вдалеке. А потом мы смотрим свои старые фото и думаем, что лучшее было тогда. Но лучшее — всегда сейчас. В растянутых трениках, с грязной головой и крошками печенья на футболке. От этого есть лекарство. Если повторять себе каждый день по много раз «Красивее всего я прямо сейчас», то через месяц страдания утихнут, а через полгода мы действительно поверим, что красивее всего мы прямо сейчас.