Про опору в материнстве Гуляли мы на днях с приятельницей и рассуждали, как тяжело, когда нет этой самой опоры. Материнство требует денег и менеджмента. Ну то есть, когда ты живешь одна, ты можешь неделю перебиваться дошиком, чтобы думать о вселенной, лёжа на голом матрасе. Когда ты мама — ты так не сможешь дольше часа. Дальше проснётся ребёнок и надо его срочно кормить свежим блюдом, а до этого приготовить, а до этого продумать сочетание ингредиентов, а до этого все заказать. Параллельно думать, что ещё вводить в прикорм. Уже с утра за чисткой зубов тычу в телефон: цветная капуста, брокколи, курица на зерновом откорме, сливочное масло кончилось или ещё... Кариииин? Сливочное масло кончилось? — Есть ещё! ... Рис, булгур, яйца, брокколи, кинза, зелёный лук... Помешиваю для Дани тыквенную кашу, рядом в кастрюльке прыгает перепелиное яйцо, и я думаю про операцию. Слышу как няня с ним играет и между рёбрами щемит чувство, что я редко общаюсь с ребёнком. Обед. Между консультациями забрасываю в кастрюльку куриную ногу, в другую – крупу, за ней — овощи. Все это залить в блендер, добавить соль, кусочек сливочного масла. Пробую. Вот бы меня так вкусно кормили. Себе и няне я часто заказываю. Почти одновременно у него выскакивают контагиозный моллюск и розеола. То есть, это мерить температуру, отправлять его педиатру фотки сыпи, искать и заказывать врача на дом, обрадоваться, что в нашей клинике врач нашёлся и скоро приедет. Ночью сбивать ему температуру, носить на руках, чтобы успокоить, наконец уложить и снова вспомнить про операцию. Операция. Трёхчасовой наркоз маленькому крохе, тяжёлая реабилитация. И это неизбежно. Я стараюсь бежать быстрее, но факты меня догоняют. Придётся делать в сентябре. Сажусь работать. Нарезаю задачи для менеджера. Слышу из комнаты недовольство. Иду смотреть: не хочет подгузник, соскучился по писюну, давно с ним не играл. Ухожу. Слышу смех. У него такой прекрасный смех, и я прибегаю снова. Няня приносит два комплекта одежды и мне надо выбрать, во что его одеть на прогулку. С прогулки идут на второй сон и курьер звонит в домофон — привёз игрушки и подгузы. Я несусь к двери, потому что стены из картона. Открываю его шкафчик. Рядами стоят фруктовые пюре, каши, смесь. Он ест слишком много фруктов, хотя овощи любит больше. Но не баночные, а домашние. Надо больше овощей. Надо не лениться их готовить каждый вечер. Этим ежедневно забита моя оперативка. Вечером мое время, я ему пою, и если я пою смешливо, то он понимает и хихикает. Мы немного играем, он ест свою смесь и засыпает. Ночью в полудреме слежу, чтобы не раскрылся, не сполз, подкладываю ему в рот пустышку, когда он ее теряет и ворочается в поисках. А когда подношу пустышку, то во сне открывает рот как галчонок. Утром иду на кухню и вижу, что няня все перемыла и приготовила борщ и вермишель с овощами с котлетами. Благодарно выдыхаю. Когда у неё выходные, то в первый день везде срач, я всклокоченная ношусь с Даней то поесть, то на прогулку, то спать, то играть. Еле успеваю, он недовольно рычит, но в целом счастлив, что мы вместе. На следующий день приходит помощница по дому и играет с ребёнком, пока я вспоминаю, что такое душ, туалет и завтрак. Она убирает квартиру и остаток дня я просто радуюсь времени с ребёнком. У меня прекрасное материнство. Куча забот, но я люблю своего сына и в целом мне ок. Мне не ок, что мне не до себя. И как найти себя, когда ребёнок в абсолютном приоритете, а следующим списком идут деньги, которых надо постоянно и много, я без понятия. Конечно, есть ещё вариант не заморачиваться по еде и перекинуть фокус на свой рацион и пробежки, например. Тогда мой ребёнок будет есть что попало и кое-как. Баночные пюре и сладкие перекусы. Да никогда в жизни. У него именно сейчас закладывается пищевая культура. Будет он есть в будущем зелень и овощи или выберет макароны с сосисками, зависит от сегодняшнего дня. Пора делать Дане овощную кашу, скоро проснётся и скажет мне «Ааададададада?».