Как держать баланс между хлебом насущным и кашей для души Есть такая категория людей (и я лестно отношу к ним себя), которой непременно надо пухлую художественную написать и издать, и претерпеть поношения, а потом плакать от того, что твоего искусства не поняли. Иначе душа трясет за грудки и требует отчета. Мол, что ж ты, окаянная, время казенное даром мотаешь. Тебе столькое дадено: и книг зачитанных, и мира объезженного. Который год на особом положении сидишь. Чего высиживаешь? Все мои друзья плюс-минус тем же больны. Новая мечта: по осени сидеть на веранде (не на Патриках, а в Бологое) под раскидистой липой, и в исступлении дописывать роман. Пить остывший чай из старой уродливо расписанной чашки со стертой золотой каймой. И писать, писать, писать. Не на уровне «…сей народ — богоносец», и уж конечно не вторую энциклопедию русской жизни. Но хоть пылинку оставить в небесной русской библиотеке. Только где взять дачу с липой? Надо купить. Гуглю: Тульская область, деревня Дворяниново. Готовый дом на 75 квадратов — 8 миллионов. Ёбтвоюмать. В ипотеку больше никогда, а пока накоплю, неизвестно, что со страной станет. И липы эти ещё сажать надо. Смотрю цены на липы. От 65 тысяч за дерево. Зачем мне липа, когда я яблони люблю? Весной зацветет белый сад, а осенью буду печь шарлотку для ребёнка. И варить яблочный компот, чтоб пить горяченьким, как ввалимся домой насквозь прозябшие с прогулки. Ещё ели нужны по периметру. Хотя это пошлость. Я не так богата, чтобы прятать свой дворец с армянской лепниной за двойными рядами пихты. Но я хочу деревья с обеих сторон тропинки к парадной двери. И вот здесь ели будут в кассу. Они должны быть посажены так густо, чтобы входную дверь ещё пришлось поискать. А веранда с яблоневым садом будет на заднем дворе, значит. Вообще, стремление к природе прорвалось из меня прямо в ремонт. Теперь моя 40-метровая квартирка битком забита мебелью из массива дуба, а стены выкрашены в зеленый. На кухне обои с рисунком то ли желудей, то ли шишек, то ли каштанов. А мне все мало, и хочется теперь туда деревьев. Надо было сразу дом покупать и не ебать себе мозг. Но я же верный адепт страданий. Как можно исполнять свои желания без почетного круга на пыточном колесе? Значит, великая книга откладывается ещё на несколько лет. Нельзя же писать её из квартиры, в самом деле. Тем более, в спальном районе. Это дикое неуважение к русской литературе. Великая книга пишется на тяжелом резном столе, у окна с видом на яблоневый сад. И книга не терпит рядом с собой обосранной жопы ребёнка, которую полагается сразу же мыть, обтирать, целовать, переодевать, и вспоминать, что пора кормить обедом. В этой конкуренции великая книга однозначно проиграет. Короче говоря, на пути к художественной литературе у меня было три препятствия: ипотека, мещанская бухгалтерия и вонючие подгузники. Осталось два. И если подгузники со временем переведутся, то что делать с желанием обустраивать себе гнездо, я абсолютно хз.