​​Сегодня на Берлинале раздадут призы, но при этом фестиваль не кончается — тут странная система в этом году. Вообще это худший по организации смотр ковидной эпохи — больший маразм был только в Венеции-2020, где меня уличные вертухаи заставляли надевать маску между сигаретными затяжками. Тут такого нет, но респиратор требуют ещё на улице, на подходе ко дворцу, каждый день тесты, которые они сами же задерживают, из-за чего можно спокойно не попасть на утренний показ — тут не пускают за трехминутные опоздания, причем сами умудряются задерживать начало фильма чуть ли не на полчаса, и предсказать это никак нельзя. Везде надо показывать бейдж и аусвайс, ежедневный браслет — я как-то раз посчитал, и за 100 метров, которые я прошел от кинотеатра до дворца, я показывал их пять раз. Это уже вообще нельзя списать на пандемическую борьбу — просто обострился у всех подавленный со времён Второй мировой синдром командира. Теперь о кино. Конкурс я весь не видел — просто сам выбирал, что глянуть, без всякой однообразной обязательной ерунды типа исторически-экзотических драм и рефлексии по ПТСР (ужасающе бессмысленная французская картина «Один год, одна ночь»). Вот мои кандидаты на призы, как бы я раздавал. «Римини» Ульриха Зайдля — без комментариев. https://t.me/apichatpong/5396 «Леонора, прощай» (Leonora addio) — последняя гастроль итальянского классика Паоло Тавиани, который раньше всегда снимал с братом Витторио, но он скончался, поэтому 90-летний режиссер снял большое кино о смерти величия и былой славы — и посвятил его понятно кому. Эта картина построилась вокруг смерти другого столпа, Пиранделло, драматурга и нобелевского лауреата, а конкретно — его прощания с уже седыми детьми и волшебного путешествия его праха по волнам итальянской истории XX века. В конце Тавиани ещё ставит пьесу Пиранделло о детском убийстве, и в целом мощное, степенное кино, которое уже, разумеется, никто не умеет снимать, оказывается ещё и с посылом в духе «за наших детей отомстят наши внуки». У Тавиани уже был «Золотой медведь», второй будет не лишним — уж лучше так, чем посмертно. «A E I O U — быстрый алфавит любви» (A E I O U – Das schnelle Alphabet der Liebe) — а вот про этот фильм ничего вообще не знал, не смотрел раньше ничего у Николетт Кребитц, актеры незнакомые, сюжет поначалу кажется уже слишком легковесным, но, по сути, это такая двусмысленная экранизация «Уроков французского» Распутина, плавно переходящая в оммаж всем французским фильмам о безумных Пьеро. 60-летняя актриса дубляжа знакомится поневоле с хулиганом-сиротой на больше чем 40 годиков младше его, которого нужно подучить сценической речи, а он вместо этого в нее аккуратно влюбляется. Что-то в стиле «Про любовь» Меликян, но не так пошло, довольно трансгрессивно для современного европейского общества, у всего обнаруживается второе дно, присутствуют комичные русские с брюликами на Лазурном берегу, неубиваемая романтика и общее жизнелюбие вопреки — кажется, первый фильм Берлинале, с которого я вышел, искренне улыбаясь. Но наверняка это только мой самый любимый фильм фестиваля, больше никому не понравилось (я ни с кем не разговаривал, но предполагаю), будьте бдительны.