Подрезано у Александра Сытина в экстремистской соцсети (с сокращениями). О значении – и смысле – слова «аристократия», применительно к сегодняшнему дню (Из рассуждений барона Александра фон Гана). «Для начала стоит напомнить о разнице между аристократией и дворянством: первая категория – потомки и наследники владетельных/суверенных домов, свободные от обязательств по отношению к другим; вторая – те, кто был связан обстоятельствами и обязательствами при дворе правителей, государей, владетельных князей, епископов и т.д. Иными словами, аристократия всегда выполняла функцию «зачинателей», законодателей, основоположников, была «креативным классом», который всё своё время (и деньги) тратил на концептуализацию и прожектёрство – бессмысленное, по меркам дня сегодняшнего, занятие. Аристократия артистична прежде всего в смысле «чистого искусства», искусства для себя, постоянного обращения к теме Иного, соотнесения себя с Вечным, иной перспективой и горизонтом мышления, иной, не сопоставимой с «мирской» логикой. С другой стороны, от жречества её отличала «практичность», тяга к «реальности», то, что называется ныне «чувством долга». Дворянство же было, изначально, в подчинённом положении и исполняло роль «административного аппарата». Никто из тех, кто причастен власти в демократическом государстве, не может быть аристократом. Дворянином – может быть, но не аристократом: в отличие от полномочий, власть иррациональна и не может быть делегирована. В этом основная проблема понимания роли аристократии как «декора», без которого можно обойтись. Власть как иррациональное не поддаётся осмыслению, только переживанию. Как, впрочем, и свобода – ещё одно качество, которым аристократия обладает на «инстинктивном» уровне. Свобода как тайна творчества, переплавляющим «небытие в бытие» (Бердяев). Власть без свободы – насилие. Собственность, какой бы драматической они ни была, не «аристократична», личная выгода, даже в контексте «общественного блага», не сообщает ни личного, ни тем более семейного достоинства. Аристократия призвана к созиданию, не владению – имение всегда средство, и никогда не цель. Почему это важно? Прежде всего для понимания роли «элиты» – сословия имущих, выгодоприобретателей, «бенефициаров» всякого рода демократий, диктатур и всего между, созижденных и живущих молитвами и тщанием всякого рода и племени «баловней судьбы».