Константин Ремчуков опубликовал полный восторгов материал под претенциозным названием «Современная теория предложения» от Джанет Йеллен как учебное пособие для отстающих» (отстающие – это Россия, надо полагать). Оказывается, Йеллен, новая икона либералов(?), предложила в качестве концептуальной основы экономической политики «новую экономику предложения»: «В январе 2022 г. в Давосе министр финансов Джанет Йеллен впервые сформулировала новую «современную теорию предложения» в качестве концептуальной основы стратегии экономического роста администрации Джозефа Байдена». Разочарую: никакое не «впервые» и не «новая», а слово в слово представленный весной 2021 г. второй (восьмилетний) план поддержки экономики на $2 трлн (почитайте по ссылке и сравните). В тексте много других ляпов. Например, «Йеллен утверждает, что «прежняя экономика предложения» провалилась, не сумев обеспечить ускорения экономического роста». Йеллен не могла такого сказать. Она прекрасно помнит, что ВВП США в 1984-1985 гг. рос на 7% ежегодно (Константин Вадимович, в те годы Вы были уже «взрослый», а потому не может не помнить знаменитое рейгановское «Утро в Америке». Были и отрицательные последствия, но мы говорим о периоде 40-летней давности, а также о том, что той «экономике предложения» давно никто не следует. Или вот. «Потенциал долгосрочного роста любой экономики зависит от размера совокупной рабочей силы, производительности работников, возобновляемости ресурсов и стабильности политической системы». Потенциал долгосрочного роста далеко не всегда зависит от этих факторов. Да и вообще, рассуждая об инклюзивности роста, Ремчуков забывает пример Швейцарии, где за последние 60 лет были одни из самых низких в Европе темпы роста и одновременно один из самых высоких показателей уровня и качества жизни. Есть в публикации цитаты к месту и без из ученых прошлого. Одна из них – из философа Джона Роулза с его «вуалью неведения». Это умозрительная конструкция основана на том, что индивидуум не должен знать даже о своих личных представлениях о счастье и склонности к риску. Можно было бы постебаться над констатацией, на этот раз – из американского психолога Курта Левина, что «нет ничего практичнее, чем хорошая теория». Но как можно хвалить любую экономическую теорию, если она игнорирует характер, менталитет нации, той самой «рабочей силы»? В заключение. Восхищаясь Йеллен, Ремчуков открыто пинает высших российских чиновников: «Представляется полезным внимательно приглядеться к предлагаемым целям и инструментам решения проблем в США, чтобы как минимум понять, что зашоренность экономического сознания профильных министров может быть реальной проблемой концептуального характера». Пусть потом Ремчуков скажет, что это не про «наших». Или: «Многолетние дискуссии в России о роли финансового блока в решении проблем развития реального сектора экономики и регионов всегда заканчивались победой Минфина и ЦБ. Мол, это не наша тема, наша хата с краю. Минфин отвечает за дефицит бюджета и его финансирование. ЦБ – за уровень инфляции. Точка». Вы будете смеяться, но это действительно тема не Минфина и ЦБ, а других ведомств и на вершине – президента. Не зря же об американском плане два года назад объявлял Байден (Путин), а не Йеллен (Силуанов). Что до того, чему «отстающим» нужно поучиться у раздираемой противоречиями Америки, то эта тема так и осталась нераскрытой.