Одиночество Когда мы жили на Кубе, в большой кубинской семье, мой кубинский муж К. очень страдал, если я хотела уединиться, поработать на компе или книжку почитать (баловство, конечно). Вообще-то я довольно компанейская и люблю хорошо потусить. Но также люблю почитать книжку в уголке. На Кубе это желание на меня накатывало постоянно. И я сильно страдала, думая почему так? НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕКСАНДРОЙ СЕРГЕЕВНОЙ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕКСАНДРЫ СЕРГЕЕВНЫ АРХИПОВОЙ, СОДЕРЖАЩЕЙСЯ В РЕЕСТРЕ ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ. 18+) А мои кубинские родственники и муж К. страдали, когда я пыталась поработать в уголке. Однажды с большим трудом я добралась до интернета и скачала верстку свой книги про лингвистические игры. А дальше мне надо было pdf за сутки вычитать и послать обратно. И я сидела и пыталась работать, а делегации от "от родственников" ходили ко мне каждый час, чтобы выяснить, чем они меня обидели. И я никак не могла объяснить, что мне надо подумать в тишине. Так же страдала и Маргарет Мид в экспедициях в Океанию в 1920-1930х (да и многие другие антропологи). Климат, жара, отсутствие лекарств - это да, но общим знаменателем для проходит травматическое переживание отсутствия своего пространства. Но почему этот эффект возникает? Жизнь в традиционных обществах, да и во многих обществах - это прежде всего социальные связи. Именно те, с кем ты тусуешься, плетешь циновки, помогут тебе в беде. Без них ты мертв. Поэтому с точки зрения такого общества сидеть в комнате в одиночестве и читать книгу - это бессмысленная трата ресурса. Лучше тусить и общаться - и тем самым подавать сигналы "я тут", "я помню о тебе". И да, в Микронезии, например, статусные гости в туалет одни тоже не могут пойти. Им дается сопровождение. Европейская культура с середины XIX века стала культивировать право на уединение - это стало привилегией образованных и обеспеченных людей (и конечно, чаще мужчин, чем женщин). "Я насколько богат, что могу тратить время на себя". Появились библиотеки, где хозяин дома сидел и читал в одиночестве. Клубы, где мужчины могли тусить, но также и быть в одиночестве. Обязательное в домашнем образовании время на чтение, а также - сейчас нам это труднее представить - на написание дневников. В 1880е викторианские педагогические методички сообщают, что подросток 11-13 лет из хорошей семьи должен тратить не менее 2 часов в день на индивидуальное чтение и и не менее часа - на написание дневников. Ну и постепенно привилегия стала социальной нормой, и мы стали ее понимать как норму психологическую, более того - как универсалию, которой она не является.