Как меняется язык пропаганды и един ли это этот «язык» Только что выступала коротко у прекрасных Тани Фельгенгауэр и Саши Плющева про новости в области пропаганды. Сюжет вот в чем: журналисты обратили внимание, что министерство обороны стало говорить «противник», а не «националисты», и вообще доля маскирующего новояза упала. Свитетельствует ли это о «скрипучем повороте» руля? Я посмотрела статистику по агрегатору российской прессы «Интегрум». Как вы видите на графике, в госСМИ употребление «украинских националистов» не упало, как можно было бы ожидать, следуя логике журналистов «Агентства», а наоборот, даже подросло чуть-чуть. И дело, видимо, в том, что язык пропаганды не един. Их несколько, и их носители преследуют разные цели. Военные хотят наконец называть войну войной, потому что так они выглядят круче. Одно дело - полномасштабная война, а другое - когда ты не можешь победить «»банду националистов». Федеральные СМИ продолжают утверждать, что мы с украинцами - единый народ, и только вот какие-то националисты нам мешают. Кроме того, возможно, язык СМИ запаздывает, может быть, просто методички не подвезли.