А потом, сразу после этой ночи, как и все девушки в моей жизни, она стала постепенно пропадать. Сама не писала, не звонила, видеться стали от силы раз в неделю, а потом и вовсе тишина. Она объясняла это тем, что очень устаёт на работе, в отличии от меня, ведь мне-то неработающему это конечно же не знакомо, что у неё полно домашних забот, да и в целом она устала от отношений, постоянного контроля, упрёков и хочет побыть одна. Я злился, рвал на себе волосы от досады и обиды, но прекрасно понимал, что к чему, в её словах, как и в словах всех девушек, что встречались у меня на пути, была та самая горькая и неоспоримая доля правды. И бегать за ней и наступать второй раз на те же грабли, что и весной, когда я сбегал ночью из психушки к девушке, чтобы лишь только увидеть её и прикоснуться к её нежным губам, не хотелось. А чуть больше недели назад, как раз в тот момент, когда я мог уехать со своим деревенским парнем в Казань в поисках новой жизни, она мне заявила честно и прямо, что я для неё лишь друг и иначе она ко мне относиться не может. О том что эта за дружба такая, я уже писать не буду, ибо опять же, сполна нажрался подобной дружбой по весне, а уж насмотрелся со стороны на такую дружбу и того больше. Обидно было лишь то, что она отличалась от всех тех шлюх, что я знал до неё, она была совсем другой, впрочем, так рассуждают 99% мужчин до определнного времени. А ведь будь моя жизнь иной, возможно я бы уже смог в свои 30 лет наконец-то осуществить свою мечту с плейстейшн 4, любимой девушкой, сидящей со мной вобнимку, и дочкой, которую, непременно, можно бы было лет через 16 няшить под пледиком. Ну а так, увы, всё как всегда, всё по прежнему: 4 бетонных стены, грязная кровать, обдроченные трусы и паутина в углу комнаты.