3.03. ВОСЬМОЙ ДЕНЬ ВОЙНЫ. Во Львов мы прибывали только в 16.00. Последние часы были самыми тяжёлыми. В вагоне было душно, нечем было дышать. Я уже просто не чувствовала ног и спины, девочка на моих коленках крутилась и капризничала. Аня держала девочку постарше, и потяжелее, которая все время сползала с колен и пыталась во сне оттолкнуть нас, мы ей явно мешали. Когда девочки просыпались, мы с дочкой по очереди рассказывали им сказки, а их мамы спали сидя на полу на своих чемоданах ( они каким-то образом протиснулись в вагон с багажом). Утром у всех закончилась вода. К концу пути все были измучены, некоторые люди переругивались, нервы на пределе, многие ехали в никуда. Наконец мы приехали. Поезд остановился, мы не спешили выходить, просто не могли подняться. Я не ощущала ноги, сначала немного постояла, потом попрыгала, потом тихонько пошла, но ноги слушались плохо. Наконец добрались до туалета! Я сейчас удивляюсь насколько силен человеческий организм! 13 часов на ногах, сначала промокли, потом замёрзли, более 24 часов без туалета и неделю без нормального сна - мы выдержали, живы и здоровы! На вокзале нас встречал Орест, просто заочно знакомый знакомых, но он с радостью взялся нам помочь. На вокзале волонтеры кормили всех горячим супом. Они встречали поезда с восточной Украины и оказывали людям любую помощь: еда, одежда, ночлег. Мы шли мимо них и плакали. Выйдя из здания вокзала, мы увидели работающие киоски, транспорт, огромное количество машин на дорогах. Это казалось странным и непонятным, мы как будто оказались на другой планете. Было неуютно находиться на открытом пространстве. Пока шли к машине, вздрагивали и оглядывались после каждого громкого звука. Мы зашли в РАБОТАЮЩИЙ супермаркет и чуть не скупили его весь! Купили сыр, колбасу, рыбу, консервы, фрукты, конфеты, кучу печенья и хлеба (белый, черный, лаваш, батон и пирожки с разной начинкой). Мы были очень голодны. Орест привез нас к своей родственнице Оле, у которой мы остановились на ночь. Она сварила нам вермишелевый супчик, и это был самый вкусный в мире суп! Мы ощущали себя в безопасности! И это была радость! Вдруг очень громко зазвучали сирены... Радость и чувство безопасности сразу исчезли. Оля успокаивала нас, говорила, что сирены срабатывают, когда в любую точку Украины приближаются ракеты, что если сирена не долгая, то ракеты летят не в эту сторону... Замечательное утешение... В эту ночь я не уснула ни на минуту. Легла с Марьяной на диван, она к стенке, я с краю, дочку отпустили на пол на матрац. Одежду мы сложили, как и дома, в строгом порядке, чтобы одеться за несколько секунд. Я лежала и слушала тишину, меня пугали любые звуки: шум в трубах, скрип надувного матраца, сердце снова бешено колотилось, я вспоминала Фредика, наш подвал, квартиру и всех кто остался в Харькове. Чтобы быстрее проходило время до утра, я взяла телефон и читала новости. Они были страшными. В ночь, когда мы ехали в поезде, окупанты сбрасывали кассетные бомбы, стреляли по мирным районам и количество жертв уже было несколько десятков... Утром, сразу после окончания комендантского часа Орест отвёз нас на границу с Польшей. Мы ехали часа полтора, по пути было много блокпостов - проверяли документы, было страшно, а вдруг развернут назад, но дорога была на удивление свободной. Мы попрощались и пошли до КПП. С каждым шагом, сердце билось все сильнее и слезы уже не капали, а бежали ручьем. В какой-то момент мне показалось, что мне сейчас выстрелят в спину. С каждым шагом мы все дальше и дальше уходили от нашей прошлой привычной жизни... …Алена не спрашивала, есть ли у нас деньги, нужно ли нам жилье, она просто сняла нам в Кракове на неделю гостиницу, она сама чувствовали и знала, что нам нужно. Мы не знали уже ничего. С той минуты, как мы пересекли границу, мы могли только плакать. Даже находясь в гостинице, мы не могли нормально спать, я просыпалась, как и раньше в 5.30. Но так как бежать никуда не нужно, я читала новости и плакала, мы выходили на улицу и плакали, к нам приехала Анина подруга Катюша, мы пили чай и снова плакали.