На границе моей Родины умирают люди. Каждый день. А в сердце моей Родины как будто бы ничего не происходит. Сердце моей Родины не сжимается от боли. И я подумала, а разве это сердце моей Родины? Разве те, у которых есть сердце, могут смотреть спокойно на происходящее? Разве они могут не мобилизовать все отрасли и всех граждан на поддержку тех, кто сейчас там гибнет за нашу Родину? За ее сердце? Допустимо ли, чтобы сотни ведомств и тысячи сотрудников не смогли справиться с наплывом проблем и даже не попытались что-то выстроить? Допустимо ли, чтобы в такой стране, с таким масштабным госаппаратом никто не понимал что делать и не сплочался перед настоящими проблемами, а занимались лишь нападками на тех, кто уехал или кто всегда был дерьмом, но этому дерьму они сами и платили? Допустимо ли, что работают десятки из тысяч? Я не всепропальщик, как меня любят называть те, кто не хочет думать и поднять свою жопу. Я хочу, чтобы моя страна выстояла. Но при таком раскладе, без мобилизации во всех сферах, без объединения со своей армией можно выстоять? Можно ли выстоять в пластмассовой каске и без броника, когда отличного качества снаряжение лежит в гаражах, которые арендуют тыловики и продают из-под полы? Можно ли выстоять когда нет единого командования? Когда каждое подразделение само себе ставит задачу? Когда нет стратегии и тактики, кроме как закидать телами врага? Можно ли выстоять с теми людьми в руководстве, чьи родственники имеют бизнес за рубежом и двойные гражданства? Можно ли выстоять, когда закон работает выборочно, только лупит тебя, а не защищает? А настоящие виновные остаются безнаказанными? Вы говорите, что мы подняли страну с колен. Я на них и не стояла. И глаза мне не надо открывать, я всегда все прекрасно видела. Но вы-то, власть, бизнес, хватит уже давить нам на плечи, чтобы мы согнули колени перед Западом. Вы только про него и говорите, какой он плохой, а продолжаете с ним заигрывать в унизительной для всей страны форме. Вам как будто завидно, что кто-то уехал, а вы остались бедненькие тут, с нами, глубинным народом. Так вот сердце моей Родины в каждом парне на фронте, в их матерях, отцах, детях, женах, во мне, но не там, где принято считать.