Знаете, я вчера думала, надо вот эмоционально и красиво снять наших ребят. Как это делает украинская сторона и не смогла. Когда они вышли из самолета, я поняла насколько мне важнее они, стоящие рядом - грязные, исхудавшие, потрепанные, с такими чистыми детскими глазами от того, что пережили, а не картинка. Я держалась, чтобы каждого не расцеловать. Не расцеловать спортсмена Филимонова, улыбаку Казевичюса, добряка Грищенко (Грищенко обняла), рассудительного Завьялова, отобравшего у меня телефон Стадника, хромающего тувинца Оюна, высоченного Дудникова. Они меня не знают, а я уже каждого знаю. Каждого люблю. Они вышли и я вижу полные боли глаза. Они рады, они дома, но самое первое, что они сказали - стали просить за тех, кто остался в плену. За раненных. Эту ночь 50 человек спали без страха за свою жизнь, но с болью за своих товарищей, которые остались там, в плену. Я не захотела особо снимать их разговоры с мамами, с жёнами, я просто отдала телефон - звоните, они вас так ждут и любят. Вчера семь часов депутат Госдумы Шамсаил Саралиев, я, полковник из Минобороны ждали самолёт с нашими ребятами, вернувшимися из плена. Все это время не было праздных бесед. Все с болью говорили о происходящем и что парней надо доставать. Всех нужно возвращать. Говорили про тех, кто обращается. Я называла фамилии пленных, а полковник Минобороны уже их знает, и знает истории их. Саралиева-то я вчера обняла в благодарность за то, что он не оставляет никого и помогает, а вот полковника нет. Но хочу ему тут сказать. Спасибо вам, я вчера настолько поняла как тяжело это все даётся. И как взрослые мужики бьются за своих. И как тяжело согласовать список, как переживают, когда кого-то не подтверждают. И они продолжают биться за ребят, не бросают. Не бросают своих, их работы не видно, она непублична. Спасибо вам, наши Мужчины! Спасибо, что защищаете Родину! Спасибо, что хотите мира! Спасибо, что не бросаете своих! С такими я и хочу идти по жизни.