«Настенька, пожалуйста, помогите узнать, где мой сын. Никто ничего не говорит. Как будто его и не было». «Настя, читаю вас в телеграмме, мой сын пропал без вести. Звоню в Минобороны - отправляют в ФСБ, звоню в ФСБ - дают телефон Уполномоченного по правам человека, звоню туда - трубки никто не берет. Что мне делать, подскажите. Я год не видела сына. Он всегда был на хорошем счету, все его хвалили по показателям, а сейчас списали. Сейчас раз и не нужен». «Анастасия, помогите, пожалуйста, потеряна связь с братом. Мы месяц не знаем где он и жив ли. Может в плену. Минобороны ничего не говорит, отшивают». «Настя, мой сын в плену. Не знаю, что с ним, будет ли обмен. Жив ли он там. Ничего не говорят наши». И пишут мне жены, матери, сестры, дочери, братья. Я через знакомых, которые сами по своей воле помогают также, кулуарно что-то пытаюсь сделать. Найти, узнать, помочь. Выслушать, морально поддержать. Людям нужна поддержка, людям нужна информация. Нельзя быть скотами. Нельзя. Я прошу Министерство обороны, ФСБ, Уполномоченного по правам человека, Госдуму, давайте создадим комиссию по этим вопросам. Давайте работать и помогать людям. Их кидают из стороны в сторону, они в неизвестности мучаются. Я готова помогать, агрегировать информацию, собирать ее, рассказывать, поддерживать. Мне не надо денег и статусов, оставьте их себе. Я хочу, чтобы в моей стране не было скотского отношения к героям и их семьям. Пожалуйста, услышьте. У меня сердце разрывается от горя матерей, от того, как к ним относятся.