Теперь о том, как я понимаю то, что наша официальная пропаганда трактует как «украинский нацизм» — который, конечно же, никакой не нацизм. А в чём-то даже и похуже.
Много лет назад, занимаясь практическим применением теории мифа — в том числе и по следам впечатлений от первого, «оранжевого» майдана, я описал модель «мифоинструктированного социума». Поэтому в следующих постах немного о том, что такое мифоинструктирование.
Но сначала чуть в сторону. Украина — в отличие от России — всегда находилась на фронтире конфликта идентичностей, причём чаще даже религиозных, чем, например, этнических или государственных. В частности, на протяжении веков, особенно в период Речи Посполитой, она была объектом активного католического прозелитизма — как прямого (окатоличивание части элит), так и косвенного, через проект Унии. В борьбе за сохранение православной ортодоксии и постановки заслона прозелитам украинские иерархи всё более активно начинали использовать «оружие врага», то есть их систему обучения и подготовки кадров.…
