Анья Байер.

Не так давно я переехал в Германию и сейчас много практикуюсь в немецком. Когда мне совсем надоедают видео про интеграцию и немецкие аналоги Свинки Пеппы, я развлекаюсь тем, что перевожу современных немецких поэтов на русский. Делаю я это, прежде всего, для себя, но на случай, если кому-то это интересно, я решил выкладывать свои переводы в наш телеграм-канал. Для меня это хорошая практика, а для вас — способ быть в курсе того, что происходит в современной европейской литературе. Схема будет простая: я говорю пару слов об авторе, вставляю свой перевод и объясняю, почему это хорошо.

Первое имя — Анья Байер. Она родилась в Америке в начале семидесятых, изучала искусства в Германии и Швейцарии. Курирует поэтические фестивали, пишет стихи, живёт в Мюнхене. Живёт, скорее всего, той жизнью, которой хотели бы жить многие из нас, но увы. Её стихотворение — «Истерики политиков»:

letzte erste Missverständnisse: 1. so
und nicht so 2. das eigene und das andere
3. nah und fern zugehörig nicht zugehörig
Im- und Export: Waffenexport Wohl
standssicherung Grenzsicherung
4. Idee der Schuld, Leugnung der Schuld 5.
der Bombenwerfer ist der Bombenproduzent
6. die Saat ist kontrollierbar
Gewalt
verhindert Gewalt 7. die Bombe
ist ein Baseball ist eine Kakao
nuss Kopfnuss 8. der Mensch ist hoch oder niedrig
das Wesen Ameise ist niedriger
9. ich weiß
was er denkt ich weiß was
sie fühlt 10. wir-kennen-uns-wir-kennen-sie

Последние первые недопонимания:
1. так и не так
2. собственное и чужое
3. близко и далеко принадлежит и не принадлежит Им- и Экспорт: Экспорт оружия во благо безопасности границ
4. Идея вины, отрицание вины
5. Метатель бомб — это производитель бомб
6. Семя под контролем насилие предотвращает насилие
7. Бомба — это бейсбол какао-боб подзатыльник
8. Человек высок или низок в сущности ниже муравья
9. Я знаю что он думает я знаю что она чувствует
10. мы-знаем-нас-мы-знаем-их


Почему это хорошо? Само стихотворение — это набор оппозиций, которыми пронизана политическая дискуссия современности. Я видел много политической поэзии и, надо сказать, это довольно оригинальный подход. С одной стороны, текст деконструирует поле политического, даже обличает его. С другой стороны, он не выглядит как стандартный ангажированный манифест, который призывает свернуть власть, умереть за неё или сделать ещё какую-нибудь милую глупость. Такого подхода нам не хватает.

Р. С.