В Воронеже убрали памятник бабушке с красным флагом. Я решил, что это подходящий повод написать о том, что озадачило меня в этой истории с самого начала. Понимаете, вообще-то тот факт, что Кириенко дал добро на превращение бабушки Ани в символ нынешней российской спецоперации, - это штука, совершенно невообразимая с точки зрения отечественного бюрократа. Это же спонтанная, непроверенная история. Человек, действующий в бюрократической логике, вообще ни с какими бабушками экспериментировать не должен. У него есть официально утверждённые символы - российский триколор, буквы «Z» и «V», портреты Путина, брендбук «Единой России», наконец, - вот их он и должен насаждать. А Кириенко мало того, что санкционировал использование непроверенной украинской бабушки в качестве символа антиукраинской по своей сути кампании (предприятие априори рискованное), так он ещё и лично в открытии памятника в Мариуполе поучаствовал. И ладно бы сам поучаствовал - он ведь ещё и Турчака туда притащил, его подставил. Вы можете сказать, что Кириенко хотел как лучше, а я вам отвечу, что чиновник не должен хотеть как лучше, он должен хотеть, чтобы случайно хуже не стало. В любой ситуации, когда у него есть выбор - делать что-то или не делать, - бюрократ предпочитает не делать. Бюрократ - это такой премудрый пескарь, который постоянно оглядывается по сторонам с мыслью: «Как бы чего не вышло!» Кириенко - бюрократ со стажем. Он всегда умел держать нос по ветру, а тут вдруг так прокололся. Почему? Почему он решил рискнуть? У меня нет другого ответа, кроме того, что у Кириенко такой швах в хозяйстве, что не рисковать он уже не может. С легитимностью «спецоперации» всё настолько плохо, что Кремль вынужден пытать счастье, бросаясь в любую авантюру. «Что там у тебя? Бабушка с флагом? Тащи сюда бабушку с флагом! Сойдёт и бабушка!» Официальный триколор и буква «Z» с задачей организации народной поддержки, похоже, совсем уже не справляются. Кремль в спешке ищет новые источники и символы легитимности.