НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ГАЛЛЯМОВЫМ АББАСОМ РАДИКОВИЧЕМ. 18+ Второй тур - это состязание антирейтингов. В нём побеждает не тот, у кого больше сторонников, а тот, у кого меньше противников. Для второго тура не обязательно, чтобы тебя сильно любили; здесь гораздо важнее не вызывать у людей ненависти. В подавляющем большинстве случаев у действующего диктатора антирейтинг оказывается более высоким, чем у его оппонента, так что в случае с Турцией шансы Эрдогана во втором туре тают. Вообще надо понимать, что в государствах с давними демократическими традициями и в автократиях избиратель по-разному принимает решение, за кого он будет голосовать. В первом случае он просто выбирает из имеющихся кандидатов того, которого предпочитает. Выбор во втором случае проходит не в один, а в два этапа. Сначала гражданин определяется со своим отношением к представителю власти. В этот момент никаких альтернатив он не рассматривает. Если власть его устраивает, то ко второму этапу — анализу кандидатов от оппозиции — такой избиратель не приступит вообще. До них он дойдет только в том случае, если решит для себя, что будет голосовать против власти. В нашем случае это означает, что дополнительные голоса Эрдогану черпать больше неоткуда. Со своим отношением к нему ВСЕ избиратели уже определились. Таких, кто в первом туре его не рассматривал, а во втором рассмотрит, в природе попросту не существует. А вот в случае с Кылычдароглу резервуар дополнительных голосов имеется. Это те, кто в первом туре голосовали за третьего участника кампании, Огана, а также часть избирателей самого Эрдогана. Надо понимать, что неспособность автократа победить в первом туре воспринимается электоратом как доказательство его слабости. В результате часть сторонников покидает его лагерь. Зачем им идти за лузером? Люди вообще везде чувствительны к успеху, а уж в автократиях особенно. Они привыкли подстраиваться под сильного, а сильным в данном случае выглядит оппозиционер, который сумел выдержать первый раунд и вырвался во второй. Сейчас у турецких избирателей возникает некое позитивное любопытство: «Ух ты! Ничего себе! Неужели мы и вправду сможем его сковырнуть? Ну надо же!» Многие в этой ситуации решат попробовать - азарт есть, а риск минимальный.