Второе. Представляется, что опрос подтвердил выдвинутую мною в самом начале боевых действий гипотезу, о том, что поддержка Кремля выросла в первую очередь за счёт политизации прежде аполитичных слоев населения. Именно те граждане, что прежде не интересовались политикой, и обеспечили основной вал новых сторонников властей. И - что важно - именно за счёт деполитизации указанной публики численность лояльного лагеря теперь будет уменьшаться. В общем, я бы сказал, что группа поддержки властей уже начала зримо таять, однако заметного роста оппозиционности ещё не видно. Так оно обычно и бывает. Моментальная конвертация вчерашнего лоялиста в оппозиционера - это скорее исключение, чем правило. Обычно этот процесс занимает несколько лет. В качестве примера можно привести Польшу 80-х годов. ПОРП была, по-моему, единственной страной социалистического лагеря, которая организовала для себя массовые опросы населения. Архивы исследований были открыты после падения режима и исследователи могут теперь наслаждаться картиной реального общественного мнения эпохи позднего социализма. Так вот, в Польше падение популярности режима было заметно уже в 1985 году, а рост симпатий к оппозиции фиксируется не раньше января 1989-го. В завершение можно сказать, что на данном этапе главным инструментом влияния на общественные настроения в России является HIMARS. Больше всего делегитимизирует войну неспособность её выиграть.