Bunin & Co 23 ноября фракция «Европейская солидарность» внесла в Верховную раду законопроект, предусматривающий полный запрет деятельности религиозных организаций и учреждений, входящих в состав или признающих в любой форме подчиненность РПЦ «в канонических, организационных, других вопросах». ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ (МАТЕРИАЛ) СОЗДАНО И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕНО ИНОСТРАННЫМ СРЕДСТВОМ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА, И (ИЛИ) РОССИЙСКИМ ЮРИДИЧЕСКИМ ЛИЦОМ, ВЫПОЛНЯЮЩИМ ФУНКЦИИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА В тот же день состоялось заседание Синода Украинской православной церкви (УПЦ), к которой и относится этот законопроект. За день до этого, 22 ноября, в Киево-Печерской лавре – главном монастыре УПЦ – прошли «мероприятия, связанные с безопасностью» (журналисты прямо назвали их обыском), в результате которых нашли «пророссийскую литературу» (на самом деле давно выпущенные книги, которых немало в православных обителях) и паспорта СССР (некоторые ревностные верующие до сих пор отказываются брать российские и украинские документы). То есть ничего серьезного найдено не было, но психологическое состояние архиереев перед заседанием Синода вряд ли было комфортным. Впрочем, УПЦ еще в мае на своем Соборе заявила о полной независимости от РПЦ и внесла соответствующие поправки в свой устав. Однако РПЦ этого одностороннего решения не признала, а предстоятель УПЦ митрополит Онуфрий до сих пор официально числится постоянным членом Синода РПЦ – хотя в Москву уже не ездит. Похоже, что обыск и законопроект должны были подтолкнуть УПЦ к дальнейшему отмежеванию от Москвы – что и произошло. Впрочем, некоторых решений, о возможности которых писали наблюдатели, не случилось. Не были уволены ни митрополит Павел, возглавляющий братию Киево-Печерской лавры, ни митрополит Ионафан, в отношении которого украинские правоохранители возбудили уголовное дело, обвинив его в сотрудничестве с Россией. Впрочем, «сдача» этих архиереев могла стать шоком для немалой части паствы и нанести удар по авторитету Синода среди практикующих верующих. Но произошли два значимых для статуса церкви события. Во-первых, Синод постановил возобновить мироварение в Киеве. О возможности этого было заявлено еще в мае на Соборе – сейчас же решение принято. Раньше УПЦ получала миро из Москвы. Мироварение, по правилам, ныне принятым в РПЦ – важный признак церковной автокефалии (хотя в УПЦ обращают внимание на то, что миро варили в Киеве до революции 1917 года, но самостоятельное возобновление мироварения – шаг решительный). Во-вторых, УПЦ добавила в диптих предстоятелей поместных церквей имя главы Македонской церкви, автокефалия которой была признана православным миром каноничной в нынешнем году. Добавление в диптих – это тоже прерогатива автокефальной церкви. РПЦ сделала это ранее, но в Киеве показали, что это решение Москвы к УПЦ не относится. Были уволены четыре иерарха. У кировоградского митрополита Иоасафа в прошлом месяце прошел обыск — теперь он переведен викарием в Киев. Остальные трое отправлены на покой. Изюмский митрополит Елисей (родившийся в семье донецкого шахтера и долгое время служивший на Донбассе), по сообщениям прессы, в сентябре покинул Изюм, перешедший под контроль украинских войск, и уехал в Россию. Роменского митрополита Иосифа в сентябре сфотографировали на богослужении в городе Верхотурье Свердловской области. Пожилой и консервативный ивано-франковский митрополит Серафим не управляет епархией с марта, а 18 июля, в день обретения мощей Сергия Радонежского, был единственным украинским архиереем, сослужившим в Троице-Сергиевой лавре патриарху Кириллу. Так что УПЦ все более удаляется от РПЦ – а украинские власти стремятся сделать этот процесс как можно более быстрым. Алексей Макаркин