Пример «конского хвоста» связан с уже устоявшимся образом, но еще чаще художник стремится обнаружить свежие, оригинальные подобия и зафиксировать их на холсте. Похожим образом может мыслить поэт, находящийся в непрерывном диалоге с повседневностью. Он переименовывает, сравнивает и утверждает. Поэт творит из небытия свой мир, не обращая внимания на то, что все уже существовало до него. Большинство образов основано на формальном внешнем подобии, но иной раз оно подмечено столь удачно, что простота и плакатность изобразительного языка Надводнюка могут прозвучать как поэтическая строка. Гротескные персонажи картин настаивают на комизме этого художественного мира. Но есть здесь и откровенно чувственные, и просто загадочные, не поддающиеся декодированию, образы: женщина-река, раскинувшаяся в ландшафте, кружево пены прибоя или крик перезревшего яблока — в них кроется связь с мифологическим восприятием мира, утраченным с приходом благ цивилизации. Петр Надводнюк возвращает в повседневность сказку, расколдовывая предметы. Он, как Андерсен, умеет подслушивать консервные ножи и знает, чем занимаются кузнечики в высокой траве. Павел Маркайтис" На картинках Вверху: Петр Наводнюк — Саранча, 2009 (холст, масло). Внизу: Петр Наводнюк — Река, 2013 (холст, масло).