📩 Привет ЗеРада, к предыдущему письму соотечественника, я рад, что есть русско-украинские семьи, которые смогли сохраниться вопреки войне. Но моя не смогла. Сергей живет с женой в России, где нет такого эмоционального давления, от этого оптимизм, что народы примирятся. Но в Украине все трудно, много делов уже наделано. Я русский, последние 5 лет я жил во Львове вместе со своей женой-львовянкой. Она большая украинская патриотка и в связи со своей занятостью регулярно устраивала мероприятия украинской культуры, в чем я ей всегда помогал. Естественно, мы с ней иногда спорили по истории и политики наших стран, но к конфликтам это никогда не приводило. Я преподаватель истории и обществознания, и найти работу во Львове было крайне трудно. И мне самому было бы внутренне тяжело преподавать детям то, что есть в украинской школьной программе. Поэтому мы планировали переехать в Россию, где я бы смог по профессии работать, и уровень жизни был бы выше. Все было хорошо, но с войной жену будто подменили. Любая моя критика украинского правительства или что-то хорошее о России ей стало не приемлимо. То что я хотел в Россию — свидетельство того, что всегда не любил и свысока смотрел на Украину. Мой отказ от помощи ВСУ (хотя я помогал беженцам) тоже усложнял наш конфликт. Дошло до того, что "как она теперь может ложиться под русского" и что все на нее косо смотрят, потому что со мной "под-ручку ходит", и ее окружение на нее давит. В самом Львове и до этого встречал негатив но редко, а после 24-го я стал словно изгоем когда открываю рот, и люди слышат мой акцент. В апреле мне по ошибке хотели вручить повестку, но, оказавшись россиянином, потом неоднократно вызывали в полицию, где явно словесно снимали напряжение на мне. В июне из-за личной безопасности я покинул Украину. Жена категорически отказалась ехать в страну-агрессор и даже в нейтральные страны, якобы она нужна Украине. Официально мы еще женаты, но наши перспективы быть вместе пессимистичны, как и у народов. Этот новый год встречаю один дома в Ярославле. А ведь еще год назад праздновал в вышиванке и пытался петь на украинском. Называли справжнім українцем.