ЭКСПЕРТЫ/Незыгарь.   Похоже, Запад хочет воевать с Россией до последнего украинца. Об этом заявил президент России Владимир Путин на встрече с руководителями фракций Госдумы. При этом глава государства отметил, что «все должны знать, что мы-то по большому счету всерьёз пока ещё ничего не начинали». Директор Центра ПРИСП, член правления РАПК Сергей Румянцев: Полагаю,  что на этой встрече с лидерами фракций Владимир Путин обращался, конечно же, в первую очередь к внешней аудитории. И главной в этом обращении была мысль о том, что приоритетной целью является изменение системы однополярного мира. Президент дал понять, что Россия не принимает больше условий такой однополярности, и единственно возможной стратегией является выстраивание нового, многополярного, мира. При этом думается, что под многополярностью он подразумевает, прежде всего, как минимум два таких полюса – Запад и Россия.  Возможно,  высказывание президента о том, что «мы всерьез еще ничего не начинали», относилось не столько к действиям на территории соседнего государства, сколько к тем возможным действиям, которые, не исключено, будут еще предприняты Россией в рамках реализации стратегии на установление нового многополярного мира.  Руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов Олег Иванов: Это высказывание президента в первую очередь – ответ Западу на эскалацию российско-украинского конфликта. Мы видим, что военная помощь Запада Киеву усиливается, риторика Вашингтона, Брюсселя и Лондона становится все более воинствующей, то есть Запад, несмотря на ежедневные поражения Украины на передовой, продолжает эскалировать этот конфликт, стремится как можно дольше затянуть его. По законам конфликта, другая сторона должна ответить соответствующим образом. Для такого ответа президент выбрал предостережение: вся та мощь, которую Россия уже продемонстрировала, ничто по сравнению с нашим реальным военным потенциалом (ядерное оружие, безусловно, остается за скобками). Это высказывание призвано навести западных оппонентов на мысль о том, насколько целесообразно выбрасывать десятки миллиардов долларов в украинскую «черную дыру». Руководитель Центра изучения общественных прикладных проблем национальной безопасности, полковник в отставке Александр Жилин: Можно предположить, что Владимир Путин таким образом в очередной раз уточнил, что Вооруженные силы РФ до сих пор действовали избирательно, что все удары наносились исключительно по военным целям, как об этом неоднократно заявляло Минобороны РФ. Судя по всему, российско-украинский конфликт может пойти по пути дальнейшей эскалации. В таком случае, как минимум, значительно повысится интенсивность ударов. Однако Минобороны ранее заявляло об огромном количестве пораженных целей. Тогда встает вопрос – по каким объектам теперь будут наноситься удары? Скорее всего, по объектам инфраструктуры: аэропортам, железнодорожным узлам, мостам и транспортным артериям. Ну не по птицефабрикам и мясокомбинатам же бить! Очевидно, градус напряжения возрастает. Остается открытым вопрос, чем может ответить на объявление войны и повышение интенсивности боевых действий проукраинский международный  военно-экономический альянс. Испугается? Возможно. А если нет? Генеральный директор коммуникационного агентства Actor Дмитрий Еловский: Очевидно, что говоря «мы еще и не начинали», президент дает понять, что военных и гибридных инструментов у России намного больше, чем используется в СВО.  Вопрос лишь в том сейчас, где пролегает граница применения арсеналов. Глава государства, похоже, намеренно ее не обозначил, чтобы заставить понервничать оппонентов. Предположу, что Путин как раз и имел в виду, что безопасность России – красная линия, за которую нельзя заходить. Таким образом, например, исключается применение первыми любого ОМП, включая ядерное, так как это создаст прямую угрозу безопасности нашей страны.