ЧТО ПОСЛЕДУЕТ ЗА ПЕРЕДЕЛОМ РЫНКА МОБИЛЬНЫХ ОПЕРАТОРОВ – 1 После недавней утечки сведений о том, что «Ростелеком» вроде бы выкупает «Мегафон», эксперты рынка возбудились и пошли обсуждать, как государство подгребает под себя и монополизирует мобильную связь. По нашим данным, ситуация выглядит не совсем так, в каком-то смысле даже – с точностью до наоборот. Дело в том, что мобильная связь – это не про то, как по-серому купить новый айфон из-под санкций, чтобы смотреть на отдых нехороших девочек в купальниках в запрещённом инстаграме. Мобильная связь – это инфраструктура, состоящая из волоконно-оптических линий связи и оборудования базовых станций, тех самых сот, которые передают друг другу мобильный телефон, обеспечивая сигнал в любой точке. А оборудование базовых станций – это на 80 и более процентов продукция Huawei. Huawei же – одна из жертв торговой войны между США и Китаем. После того, как США технично забанили эту крупнейшую и одну из наиболее качественных китайских компаний, запретив ей, в частности, доступ к сервисам Google, российский рынок стал для неё чрезвычайно важен. Но Huawei – заложник американо-китайской экономической войны и разменная монета в ней. Китай же принял решение под риторику «ребята, давайте жить дружно», которую не самые умные люди в России полагают за большую поддержку, технично дистанциироваться от тех российско-китайских экономических отношений, которые могут не понравиться США. Huawei вынужден был по крайней мере симулировать уход с российского рынка. Что и сделал: освободил свой многотысячеметровый офис на Крылатских холмах, часть сотрудников релоцировал в Казахстан, часть уволил и так далее. По этому поводу свидетели секты великой дружбы Китая и России подняли бешеный хайп, доказывая, что это всё операция прикрытия, а на самом деле Huawei никуда не уходил. Вот и свеженькие телефоны Mate 50 и Mate 50 Pro в Россию поставлены совершенно официально, без всякого там параллельного импорта. Но, повторим ещё раз, мобильная связь – это не про новые телефоны, это про старые базовые станции на «антенно-мачтовых сооружениях». Это про оборудование, которое требует регулярного технического обслуживания и плановых замен, даже если сеть оставить, как есть, не расширять охват и не переходить на более современные форматы связи. И вот это оборудование, по нашим данным, Huawei поставлять перестал и даже через серый импорт не будет, никакие казахские офисы этим не занимаются – таковы договоренности между США и Китаем. Заменять оборудование Huawei настолько нечем, что владельцы российских операторов сотовой связи спешно выходят из бизнеса, пока дело не запахло таким падением капитализации, что активы могут подешеветь в десятки раз. Первыми просчитали перспективы владельцы «Вымпелкома», который «Билайн». Компания якобы передаётся менеджменту, но это немного смешно: таким бизнесом не сможет эффективно владеть никакой конгломерат топ-менеджеров, людей, по обывательским меркам, конечно небедных, но в масштабах федерального околомонополиста просто несуществующих как финансовые единицы, не имеющих ни того уровня связей, ни того уровня поддержки, ни того права разговаривать с людьми верхнего уровня, что было у реальных владельцев. Теперь дошло и до Усманова, который через холдинг USM владеет «Мегафоном». Усманов, потерявший на санкциях, по ряду оценок, порядка 10 млрд долларов, напрочь уходит из России и объявляет себя узбекским бизнесменом. Причём внутрироссийская мощь его такова, что никто даже квакнуть не смеет о «предательстве», хотя это тот редкий случай, когда принятые в российской пропаганде истерики о предательстве имели бы под собой серьёзную почву. Но Усманову разрешено нести детскую чушь о «выходе на пенсию» и под это дело выходить из российских активов и даже демонстративно – из управленческих органов РСПП.