КУДА ДЕНЕТСЯ РОССИЙСКИЙ ГАЗ - 2 Считается, что «но у нас же есть Китай». Эта утомительная мантра про Китай, который всё, что у нас есть на продажу, купит и в обмен всё, что нам необходимо для жизни, продаст, уже довольно убедительно опровергается реальной внешнеэкономической жизнью в самых разных товарных сегментах. По газу же ситуация и совсем нехороша. Китай ещё в конце 2020 года заявил в ООН о снижении потребления газа на 75% к 2060 году. Оно, конечно, 2060 год когда ещё наступит, а реальный экспорт за реальные деньги происходит сегодня. Но потребление газа в Китае реально сокращается, причём не только за счёт мировой конъюнктуры, но и за счёт внутрикитайской экономической политики. Главный интегратор импортных потоков газа PetroChina объявил недавно об убытках порядка 1,25 млрд долл. из-за государственного ограничения цен на газ. Фактически рынок сжат. Только в сегменте СПГ по итогам четвёртого квартала ожидается падение отгрузок на 20% в товарных объёмах. Оценки по общему падению поставок по итогам года нет, но есть утверждение, что потребление газа в Китае снизится впервые за последние 20 лет. Мягко говоря, это чрезвычайно некстати. И потому, что за счёт Китая РФ явно не сможет возместить объёмы, выводимые из Европы. И потому, что китайское потребление фактически формирует цены на мировом рынке: будет снижаться – будут падать. И потому, что Китай может начать играть на газе из России, перенаправляя его в ту самую Европу, из которой он выводится и присваивая маржу. Но самым тревожным остается совсем другой ракурс, связанный с падением и производства, и экспорта газа. Если подходить к ситуации с принятой сейчас идеологией «кризис – это не проблемы, а возможности», то, по идее, у нас должно резко вырасти внутреннее потребление. Закачиваются большие деньги в химическую промышленность, в производство малотоннажной химии, полимеров, то есть всё то, что делается, по большому счёту, из газа. Удобрения, для которых основное сырье – тоже газ, не только чрезвычайно востребованы на экспорт, но и могут быть серьёзным стимулом для роста и объёмов, и маржинальности отечественного агросектора. Где, спрашивается в задаче, переориентация на продукцию более высокого уровня передела и свидетельствующий о таком переходе рост внутреннего потребления? Его не видно. Виден творческий план поднять газовые тарифы в следующем году на 8%. Это, конечно, заметно ниже даже официальной инфляции, но очень много, по сравнению с привычной динамикой роста. И эти 8% станут сами по себе мощнейшим проинфляционным фактором, потому что лягут в себестоимость не только тех производств, где газ – сырьё, но и тех, где газ – всего лишь отопление, а это примерно вся промышленность. Компенсировать такой серьёзный стимул к дополнительной инфляции можно только значительным ростом производства. Между тем, когда правительство говорит о возможном росте внутреннего потребления, речь идёт практически исключительно об энергетическом использовании газа – догазификации и газомоторном топливе. И это очень далеко от интенсивного пути, не говоря уже об остро необходимом опережающем развитии