ЧТО ТАМ С ГОСДОЛГОМ? Вообще-то, всё очень и очень неплохо. Россия остаётся одной из самых низкозакредитованных стран в мире. Но бюджетный процесс, который каждую осень становится главным источником представлений о будущем нашей экономики, показывает не совсем радужную тенденцию. В следующем году Минфин предполагает сформировать госдолг на уровне 25,4 трлн руб., в 2024 – 27,7 трлн, в 2025 – 29,9 трлн. Это в пределах 20% ВВП, даже на пару-тройку процентных пунктов ниже. Для развитых экономик нормально и 80%. Но наша экономика к развитым не относится, она требует масштабнейших инвестиций, и бюджет является практически единственным их системным и мощным источником. Вероятность поступательного роста дефицита бюджета в этих условиях чрезвычайно высока. И не менее высока вероятность низкой эффективности вложений, что может привести к сокращению ВВП против прогноза, а соответственно – к выходу госдолга за обозначенные Минфином предельные рамки в 20%. Это всё равно некритично, поскольку в отличие от семейного бюджета с перехватыванием червонца до получки или покупкой машины в кредит, государственный бюджет более зависим от доли средств, которые надо тратить на обслуживание долга, чем от полной суммы, которую можно долго и разнообразно реструктурировать. К государству коллекторы не придут. Тем не менее, в течение всего обозримого и привычного экономического прошлого «тучных лет» госдолг России никогда не превышал 12%. Фактически барьер поднят вдвое. Причём в «тучные годы» наш госдолг охотно и приоритетно покупали иностранные инвесторы, чего теперь они делать не будут. Кредиторами государства даже в планах Минфина будут на 80% внутренние заимодавцы, а в реальности есть основания считать, что показатель будет близок к 100%. Внутренний долг – это не абстрактные цифры размещения облигаций, это конкретные компании, которые придут к государству со своими проблемами, например, дефицита оборотных средств, и государство будет им помогать – субсидиями, прощением их собственных долгов, налоговыми льготами и прочим широким инструментарием господдержки. Это означает, что внутренний долг на практике обойдётся в обслуживании очень намного дороже, чем формальные цифры выплат по облигациям к погашению. Причём реальные расходы на обслуживание госдолга будут размазаны по никак не связанным с ними бюджетным статьям. Соответственно, учёта их не будет, реального представления о том, во что обошлось финансирование дефицита бюджета через заимствования, не будет, адекватного планирования дальнейших шагов – тоже, а в конечном счёте – не будет и адекватного управления дефицитом. И это проблема – на данном этапе, к счастью, совсем не критичная, но создающая долгоиграющие неприятные последствия. Среди первых в очереди на спасение – девелоперы, создавшие на столичном рынке свой собственный «пузырь». Сломавшийся драйвер суверенной экономики обязательно поддержат деньгами и добрым словом. Иначе никак