Обложка канала

VPost

19899 @VwordMedia

Не спешите отписываться от нас. Мы очень скоро вернемся – под другим именем, но с прежней повесткой и правилами.

VPost

3 года назад
Открыть в
Поражение на энергетическом фронте Две новости в один день. Первая: один из самых успешных трейдеров энергоресурсами Пьер Андюран закрыл все позиции на газовом рынке. Он решил, что худшее для Европы позади, таких высоких цен на газ и электричество, как в прошлом году, скорее всего, уже не будет. Газ в Европе сейчас вдвое дороже, чем год назад и втрое по сравнению с 2021 годом, но в шесть раз дешевле пиковых цен прошлого августа. Снижаются опасения и насчет следующей зимы: к концу этого отопительного сезона газа в хранилищах ЕС будет вдвое больше, чем год назад, считает Morgan Stanley. А вот Россия, по выражению Андюрана, «навсегда» лишилась своего главного рынка. Вторая: Россия с марта «добровольно», без консультации с ОПЕК+ снизит добычу нефти на 500 000 баррелей в сутки, а дальше будет действовать по ситуации. А ведь нефть и даже нефтепродукты это не газ, их можно (пусть и с большими издержками) перенаправить на любой рынок. Но, кажется, не получается. До введения эмбарго на нефтепродукты добыча нефти в России была стабильной (9,8-9,9 млн б/с), однако их продать в Азию сложнее: там своих мощностей в избытке. Возможно, это даже открытие нового фронта энергетической войны: обсуждая введение эмбарго и ценового потолка, Запад стремился избежать сильного сокращения добычи, которое привело бы к взлету цен. Сегодня цена Brent прибавила всего $2, но можно сократить добычу и сильнее. Правда, выгоды стране это не принесет: мешает ценовой потолок. Оказывается, санкции действуют. Недаром вице-премьер Александр Новак ожидал в этом году сокращения добычи нефти на 5-6%. Это (пока?) относительно мягкий сценарий, в соответствии с прогнозом. Даже если не придется сокращать добычу нефти еще сильнее, Россия на энергетической карте мира движется в противоположную сторону от направления «сверхдержава». Про добычу и экспорт «Газпрома» нам, кстати, рассказывать перестали