Иногда я думаю, что я пишу нечто дико патетическое. А потом случайно натыкаюсь на подобные отрывки: — Вот мы и наедине, — сказала она и подняла руку к глазам. Кожа меняла цвет. Теперь она стала частью этого мира. Шелл легла на спину. Спиной к спине к дракону. Закрыла глаза и почувствовала, как прорастает в эту землю. Новорожденный мир наполнял чувствами, которых она доселе не испытывала. Это не была любовь в том общепринятом смысле, это было нечто… иное. Саншель поняла, что создала что-то настоящее. Будучи журналисткой, безымянной странницей и даже ведьмой, которая даровала мановением руки даровала исполнение заветных желаний, она не чувствовала ничего подобного. Но теперь она создала целый мир. Мир бесконечных чудес. Айвин был прав. Это не наказание. Впервые за — сколько жизней? — она почувствовала себя цельной. Как лесной орех. Это из моего романа "Последняя секунда Вселенной", который на 30% магический реализм (привет, "Библиотека" и "Сад расходящихся тропок" Борхеса), на 60% New weird (привет, фейри, которые танцуют на вересковых холмах, а в свободное время сплетают космические струны и собирают двигатели, способные двигать целые галактики) и на 10% какая-то хуета. Впрочем, хуеты может быть больше, чем 10%. P.S. Я не очень хорошо рекламирую то, что пишу. P.P.S. Всем нам иногда не помешает быть, как лесной орех.