В мозге есть разные типы нервных клеток (нейронов) и разные типы вспомогательных клеток глии. Если клетки глии ещё способны переносить некоторые перебои с поступлением кислорода и питательных веществ, то нейроны практически сразу начинают погибать. Быстрее всего — нейроны коры больших полушарий (где находится сервер мышления и памяти). Когда нейроны коры мозга перестают проявлять активность, мы сразу видим это на ЭЭГ. Колебаний нет или практически нет.
В исследованиях 2013 года Дэниел Крогери его коллеги (Daniel Kroeger. et al. Human Brain Activity Patterns beyond the Isoelectric Line of Extreme Deep Coma. PLOS One J. 2013.) обнаружили спрятанную в глубине мозга активность у людей, впавших в глубокую кому. Причем с головы пациентов регистрировалась типичная плоская ЭЭГ, свидетельствовавшая о смерти мозга или о глубочайшей коме. Неизвестные ранее науке колебания зарождались в глубинной структуре под названием гиппокамп. Оттуда возбуждение передавалось в кору головного мозга.
Авторы указывают на то, что кора является главным организующим звеном сознательных и многих других функций. Когда активность нейронов коры подавлена или вообще отсутствует, то аналогичную функцию берут на себя нижележащие структуры (гиппокамп, таламус и др.). Эти структуры как бы отыгрывают некоторые когнитивные процессы (память, эмоции), но на более примитивном уровне, по своим заданным программам. Более того, прокрутив по своим цепям импульсы, они ещё успевают отправить сигналы в кору.
Можно предположить, что во время гипоксии мозг спускает свою работу на уровень более живучих глубинных структур. Когда в работу включается гиппокамп, он может «прокручивать» спонтанные воспоминания и образы за счёт отправки импульсов в кору. А в голодающей от нехватки кислорода коре нейроны не могут должным образом проявлять активность. Отсюда — расплывчатые образы и какие-то слуховые явления наподобие галлюцинаций. Но собрать эти импульсы в нечто осмысленное мозгу сложно.
Объяснения других переживаний, которые описывали пациенты, читайте на сайте: свои основания есть и у «света в конце тоннеля», и у ощущения полета