«Кремлёвская обезьяна» победила «Кремлёвского человека».

Кремль оправдал пытки Алексея Навального «тюремной дисциплиной».

«Тот факт, что Навального в колонии будят раз в час, является проявлением системы поддержания дисциплины в исправительных учреждениях» — прокомментировал происходящее с Лидером Российской оппозиции Песков.

Песков добавил, что не будет реагировать на обращение жены Навального Юлии и не видит системных проблем с организацией медицинского обеспечения в учреждениях ФСИН.

«Существуют частные жалобы в отношении лиц, находящихся под стражей и осужденных, но о каких-то системных проблемах в системе ФСИН нам неизвестно», — заявил Песков.

Ранее адвокаты сообщили о резком ухудшении состоянии здоровья Навального, который, по их словам, жалуется на сильные боли в спине и проблемы с левой ногой.

Судя по всему, для Навального решили не делать исключений из общего правила, которое в Путинской РФ состоит в том, что тюрьма — это пытка.

Но случай Навального не банален.

К Навальному, по крайней мере пока, применяется подход, который условно можно назвать «итальянской пыткой».

«Итальянская пытка» — это когда, по факту издевательство, но формально — всё по закону.

Классическая же пытка — это когда всё идёт «по беспределу». То есть, как у подавляющего большинства: с вырванными ногтями и шнурами на шее.

В этом смысле Навальный несколько на особом положении. Но только в этом и пока.

Важнейшим элементом «итальянской пытки» является собственная болезнь. Поскольку применять насилие прямо, то есть просто бить, в рамках этого пыточного метода не предполагается, то нужно дождаться, пока заключённый сам заболеет и потом отказывать ему в предоставлении медицинской помощи.

Это пытка на «самообслуживании», формально тюремщики ни при чем— жертва сама себя истязает своей же собственной болезнью. Ну, а как отличить качественную медицинскую помощь от некачественной?

В Путинской РФ и на воле-то большая часть населения лишена нормальной медицинской помощи, а в тюрьме и подавно её нет.

Очень удобная схема, которая была опробована на Магнитском, а сейчас стала конвейерной.

Навальный во всех отношениях является крайне уязвимым для этой пыточной системы. Он ещё не пришел в себя после тяжелейшего отравления, на что требуются годы, если это вообще в принципе возможно. Поэтому быстрое ухудшение здоровья Навального можно было легко просчитать.

Инстинкт самосохранения должен был бы подсказать Кремлю, что в его же интересах было бы создать для Навального «особые» условия «не как всем». Даже, может быть, бесплатно поместить его в один из тех тюремных «апарт-отелей», которые строятся для бывших правоохранителей и воров в законе. Сидел бы как какой-нибудь цапковский Цеповяз, с крабами, а Генпрокуратура показывала бы эти фото в ЕСПЧ. Двух бы зайцев сразу убили.

Но уровень Путинской элитки — это шпана из подворотни. Мстительная и злопамятная. Поэтому физически не смогла устоять перед искушением оттоптаться на том, кто так её доставал.

В этом кейсе Кремль сдавал своеобразный тест на IQ и полностью его провалил. «Кремлёвская обезьяна» в конечном счёте победила «Кремлёвского человека», а «обезьяна», у которой в руках целая пыточная машина — это даже хуже, чем обезьяна с гранатой. Она способна подорвать ту самую «стабильность», которая ей собственно и позволяет находиться в Кремле.