Ключевая проблема режима Путина — полное отсутствие внятного образа будущего.

Без него ни о какой стратегии речь вести невозможно.

Режим Путина неспособен в силу сугубо внутренних причин к проектному управлению. Он с трудом вытягивал на пике своих возможностей рефлексивные методики управления, но как только он пытался играть в управление проектное, все без исключения его проекты были полностью и бесповоротно провалены — что проект ЕАЭС, что проект захвата европейского газового рынка, что проект «поворота на Восток».

Это говорит лишь о неспособности нынешнего поколения управленцев ставить и решать задачи стратегического уровня, а такие задачи можно решать только на уровне проектного планирования и управления. Реактивная и рефлексивная политика в управлении — это всегда борьба за пресловутую «стабильность», которая как и любая борьба в обороне, всегда заканчивается поражением.

Любая стабильность без развития всегда трансформируется в стагнацию, а та — в деградацию.

«Чтобы даже оставаться на месте, нужно изо всех сил бежать вперёд».

Вторая критическая проблема режима — неспособность к трансформации. Эта проблема прямо вытекает из первой.

Любая трансформация — это проект. Если система управления не способна к проектированию, то реформы и трансформации в управляемом режиме для неё недоступны. Она может лишь реагировать на вызовы, но сама создавать их — нет.

Кстати, поэтому пресловутый «трансферт» и выглядит как попытка оставить всё как есть, лишь имитируя изменения, но никак не разрешая накопленные противоречия.

Конституционная «реформа» Путина внутренне не сбалансирована и совершенно нестабильна, она непонятна самой системе управления, а потому интерпретируется ею вместо того, чтобы ясно понимать как общий замысел, так и своё место в нём.

Понятно, что в таком случае неизбежно возникает хаос, на преодоление которого будут тратиться драгоценные и дефицитные (всегда дефицитные при реализации любого проекта) ресурсы.

Как раз конституционная реформа лучше всего демонстрирует управленческую несостоятельность режима.

Путинский режим существует в очень узком диапазоне допустимых условий, и чем в более тяжёлый внутренний кризис он погружается (а «стабильность любой ценой» — это всегда динамично развивающийся в сторону усиления кризис), тем уже диапазон.

Отсюда и террор, который сейчас разворачивается в отношении населения страны: сужение окна возможностей для существования вынуждает Путина и его банду ужесточать режим, создавая при этом новые несбалансированные противоречия, вовлекая в противодействие себе ранее аполитичные слои и страты общества. Когда диапазон условий сойдется в точку, возникнет социальная сингулярность, в которую, как в черную дыру, неотвратимо провалится сам режим.

Здесь всё взаимосвязано, а потому критиковать режим не имеет ни малейшего смысла — он находится в стадии коллапса в эту самую сингулярность, и нет таких сил и ресурсов, которые способны этот процесс развернуть.