«Мир превращается в конгломерат террористических группировок, для которых террор будет ключевым фактором принуждения к насаждаемому «светлому будущему».

Террор, как метод глобального управления, становится на ноги и входит в повседневную жизнь.

Безусловно, будут попытки сопротивления, будут бунты и восстания. Возможно, что на каких-то территориях на время антитеррористическое сопротивление даже одержит победу, но скоре его задавят массой.

Всё перевернётся с ног на голову и современные террористы будут называть себя борцами с террором.

Возникает вполне резонный вопрос: каковы будут структуры управления нового времени, если теперь террор становится ключевым способом управления социумом?

Вопрос на самом деле совершенно непраздный.

Технически всегда возможен переход к классическим Диктаторским режимам — автократическим или коллегиальным.

Однако, у таких режимов есть одна неприятная особенность — они всегда очень быстро переходят к сценарию «стабильности» как единственному способу удержания власти автократом и его окружением.

«Стабильность»(она же стагнация) — практически в течение одного поколения проходит все положенные этапы загнивания, после чего происходит её обрушение. Причём речь идёт не о замене одного бункерного тирана на другого — молодого и красивого, а вообще о крахе самой модели автократической Диктатуры.

Ну и в чём тогда смысл городить огород?

Автократические Диктатуры останутся только на диких и совершенно безнадёжных территориях, кормовых площадках для более продвинутых соседей, ближних и дальних.

И в этом смысле Путинская Диктатура, и всевозможные её зеркала вроде Венесуэлы, какого-нибудь Зимбабве или ЦАР (куда наша номенклатура лихорадочно свозит награбленное у народа) вступили в возраст дожития.

Они скончаются где-то под забором мировой истории и, возможно, похоронят вместе с собой и те территории, которые ими сегодня управляются.

На смену же демократиям Запада и продвинутым технократическим социумам Востока и Латинской Америки придёт совершенно новый вид Диктатур, полностью исключающих личностный фактор, как самое слабое звено управления.

По всей видимости, это будут смешанные корпоративные структуры, сочетающие в себе вертикальную иерархию, отвечающую за террор, как управляющий импульс, и горизонтальные элементы корпоративного самоуправления, отвечающие за сброс накапливаемой социальной энтропии и «доработку напильником» принимаемых иерархическими структурами решений.

Тот, кто не сумеет или не успеет создать корпоративные структуры террора, будет либо поглощён, либо деструктурирован — выиграть конкуренцию с мобилизационной системой управления практически невозможно, если ты сам не успел её отстроить, а даже если она и отстроена, то любая борьба — это всегда соревнование оргструктур, ресурсов и технологий.

Будем говорить прямо — у Путинской РФ, как и у большинства стран Третьего мира, шансов в такой борьбе просто нет.

Чтобы создать конкурентную модель управления, способную относительно на равных бороться с создаваемыми прямо у нас на глазах другими, нам нужно вначале демонтировать уголовно-мафиозный режим Путина, пройти период зачистки всей системы управления от криминальных структур и элементов, найти (по-видимому, через несколько итераций) относительно вменяемых и мотивированных управленцев нового времени и только потом они будут пытаться успеть выстроить адекватные вызовам структуры.

Понятно, что это очень немалое время, и как минимум, в темпах мы уже проиграли, а если учесть, что Путинский режим будет гнить ещё какое-то время, то скорее всего, шансов у нас практически нет.

Во всяком случае пока нет.

Так или иначе, но мир превращается в конгломерат террористических группировок, для которых террор будет ключевым фактором принуждения к насаждаемому «светлому будущему».