«Сейчас вопрос только в одном: когда всё грохнется окончательно?»

Российский рубль стал самой слабой валютой среди денежных единиц развивающихся стран.

С начала сентября его курс упал более чем на 7,5 процентов. Второе место уверенно держит Турция Эрдогана.

К ценам на нефть данное российское «достижение» не имеет отношения, от слова совсем, цена держится примерно на одном уровне в 41-42 доллара.

Судя по всему, начинают играть роль уже все остальные составляющие гениальной политики НацДедушки, руководящего страной из личного бункера.

Здесь и военные упражнения, и продолжающееся уничтожение экономики, и внешнеполитические риски. Золотой набор.

Модель экономики, модель управления, устойчивость и дееспособность властной вертикали — всё уже на грани и за гранью. Плюс на марше трансформация режима из просто криминального в откровенно террористический, что тоже требует существенных ресурсов.

Пока всё это, конечно, больше напоминает гниение, чем горение, хотя и то, и другое ведут к одному и тому же — коллапсу и гибели.

У подобных деградационных процессов есть только один неизвестный и непрогнозируемый вопрос: когда будет пройдена критическая точка, за которой остатки устойчивости уже не смогут удерживать систему от обвальных процессов.

Первая критическая точка(точка невозврата) — пройдена примерно в 2018 году. В 2019 году никаких шансов хоть на какое-то реформирование в рамках существующей модели уже не было.

Сейчас вопрос только в одном: когда всё грохнется окончательно?

Полгода, год или два — это, конечно, важно, но главное в том, что результат известен. Хитрость в том, что чем дольше будет тянуться этот неопределённый период, чем выше инерция системы, которая не даёт катастрофе произойти — тем более разрушительными и тяжёлыми окажутся последствия.

То, что «после Путина» стране придётся выкарабкиваться из тотальной разрухи, сомнений нет.

Его режим прошёл по стране, как Мамай, Батый и Наполеон вместе взятые.

Возможно, что и последствия нашествия воров и преступников тоже окажутся неподъёмными, и выкарабкиваться из этой катастрофы придётся не целиком, а по частям.

Но пока вопрос: когда? От ответа на него будут зависеть и все остальные.