Продолжение #реликвиямоейсемьи Началась Вторая мировая война. В декабре 1941 года всех этнических немцев отправили в ссылку в Северный Казахстан. Собирались они наспех, брали только теплые вещи и документы, вдруг Екатерина Николаевна увидела в руках у Саши розовую ракушку, он протянул ее младшему брату, чтобы успокоить его. Мать хотела отругать мальчика, но вдруг поймала себя на мысли, что этот осколочек мирной жизни, подарок мужа, не только занял маленького Володю, но и вселил в нее уверенность в том, что все будет хорошо. В Северном Казахстане на безымянном полустанке их состав остановился, людям приказали покинуть вагоны. Руководитель состава показал людям направление, где должно было находиться жилье, объяснив, что это конечный пункт и состав срочно отправляется на фронт. Всю зиму семья провела в Северном Казахстане. И, по воспоминаниям Екатерины Николаевны, эта зима была страшная за все время ссылки. Не было еды, лекарств, младший сын заболел тяжелым воспалением легких, старший – слабел на глазах от недоедания и непривычной лютой стужи. Весной Екатерина Николаевна получила письмо от своей старшей сестры. Оказалось, что вся семья также была сослана, но три ее сестры с маленькими детьми жили теперь в Сибири, в поселке Осиново-Плесо под Новокузнецком. Екатерина Николаевна добилась разрешения переехать к родным. Сибирь показалась им раем. Здесь был свой огород, соседи держали корову, рядом были сестры, племянники. А в сентябре случилось еще одно чудо – Екатерина Николаевна смогла устроиться на работу в местную школу. Жизнь постепенно становилась лучше, тревожные сводки с фронтов постепенно стали сменяться сообщениями о победах Советской армии. Сестры стали получать письма от своих мужей. Чувствовалось, что скоро наступит конец этой страшной войне. Но весной 44-го года Екатерина Николаевна пережила еще одно потрясение – 17-летний Саша сбежал добровольцем на фронт. Записка с объяснением была прижата к дощатому столу маленькой розовой ракушкой. Через год Екатерина Николаевна получила похоронку, в которой говорилось, что Сливко Александр Иванович погиб в боях под Кенигсбергом. Эта беда постучала уже не в один дом. Оплакали своих мужей все три сестры Екатерины Николаевны, но до последних дней жизни она так и не смогла поверить в смерть своего сына, думала, что произошла ошибка и Саша обязательно отыщет ее и брата. Шли годы, и вот наступил 1953 год. Екатерина Николаевна смогла вернуться на юг. Они остановились в Ставрополе. В краевом центре легче было узнать о судьбе пропавшего в 37-м году мужа, можно было найти работу и жилье. Володя работал электриком на железной дороге, а мать преподавала русский язык в школе. Но единственным известием, которое они смогли получить об Иване Николаевиче Сливко, была справка о его реабилитации. Только в 90-х годах Владимир Иванович узнал, что его отец был расстрелян в том же злополучном 37-м году. Нет уже в живых моей прапрабабушки Екатерины Николаевны, и прадедушки, Владимира Ивановича Сливко, но как самые большие ценности в нашей семье хранится несколько еще дореволюционных фотографий и небольшая розовая ракушка, размером с детский кулачок, которая стала настоящей семейной реликвией. Если приложить эту диковинку к уху, можно услышать, как шумит море. Или это шумит время?