Русский археофутурист, светский тигр и бонвиван) Консервативно-иронический взгляд на мир. Вы испытаете много сарказмов) Сотрудничество и реклама: @piarim Написать автору: @Rommuald
Знаете, выбор «сквер или храм» - это как выбирать на операционном столе «нога или рука». Каждому городу нужен и сквер, и Храм. У людей должно быть место для спорта, прогулок, раздумий и молитвы. «Сквер или храм» - это раскол общества на пустом месте. Мне 39 лет и я православный христианин. А еще лет 5 назад я увлекался язычеством и относился к христианству довольно прохладно. То есть, если бы встретились я сегодняшний и я позавчерашний, мы могли бы подраться из-за дилеммы «сквер или храм». Несомненно, сейчас я стал лучше, ведь быть христианином, значит, стараться делать добро и усмирять свои пороки. Но и в 34 я не был гадом, тоже был патриотом своей страны и старался жить по совести, хотя совесть понятие намного более растяжимое, чем Учение Христа. Сегодняшнее российское общество очень атомизировано, люди нетерпимы к мнению, отличному от их собственного. Мы живем в соцсетях, где баним всех, кто спорит с нами по важным вопросам. В итоге у человек образовывается круг в несколько сотен друзей на фейсбуке, разделяющих его точку зрения, и он считает этот круг точным срезом российского общества, а это не так. В России есть православные христиане, есть католики, есть мусульмане, буддисты, иудеи, атеисты и агностики. Нам нужно мирно сосуществовать друг с другом, а не враждовать. Все те, кто радостно орут «кто не скачет, тот за храм» должны понять, Россия – страна с многовековыми православными традициями, повлиявшими на наш менталитет и культуру. Нас, православных действительно много, нам нужны храмы. Я лично хожу в храм 2-3 раза в неделю, особенно стараюсь не пропускать воскресную службу. Мне комфортно, что я могу зайти в храм около работы, в храм около дома родителей. Посетить храмы в других районах Москвы. Около дома, я посещаю сразу несколько исторических храмов: Сергия Радонежского, Мартина Исповедника, Матроны Московской. Они всегда полны людей, православных людей, вереницы которых вы можете увидеть во время Пасхального Крестного Хода. Молодых и старых, богатых и бедных, женщин, мужчин и детей. В принципе, Крестный Ход в любом городе России соберет больше людей, чем любой политический митинг. 20 000 человек вышло в Екатеринбурге на Крестный Ход, который освящал место строительства Храма Екатерины. Мы не мракобесы и не иезуиты. Среди нас есть ученые, креативщики, рабочие, военные, фермеры, актеры, бизнесмены, спортсмены и писатели. Церковную кружку пожертвований вы можете видеть и в самом модном магазине столицы Le Form, и в в маленьком храме на окраине. мы нормальные люди, а не призраки Средневековья. Как сказал Михайло Ломоносов, бывший одновременно идеальным ученым и истовым христианином: «Неверно рассуждает математик, – замечает он, – если захочет циркулем измерить Божью волю, но неправ и богослов, если он думает, что на Псалтире можно научиться астрономии или химии». Кстати не заметил протестов против Церкви сайентологии, что прям в центре Москвы, на Таганке, в историческом здании. А ведь это тоталитарная секта, обдирающая людей, как липку. С другой стороны, я не понимаю «православных», идущих на обострение конфликта, которые кричат и пишут: «смиритесь с тем, что вы живете в православной стране!», «вы все бесы, ваше мнение никому неинтересно». Страна у нас все-таки светская, а Царство Божие уготовано нам на небесах. И быть злыми – грех. Как писал протоиерей Шаргунов: «Есть у нас прихожанка в Церкви, вся в черном, четки ходят как мельница, а подойдешь – злая, как собака. И кому нужны такие молитвы, коли зло в душе?» Спасение души и духовные поиски – личное дело каждого человека и по важным вопросам вне Церкви, в светской жизни нам нужно уметь находить компромиссы с другими людьми. Храм и современный город отлично могут сосуществовать. На прошлой неделе я был в парке Коломенское, где бадминтон, велосипедные дорожки, спортсмены, дети и собаки прекрасно сосуществуют со старинными храмами. Храмы украшают парк, парк прекрасно обрамляет храмы. Вспомним, с каким тщанием выбирали место под храм в старину.