В этом году мы отмечаем 280 лет со дня рождения Гавриила Державина. Настоящего русского супергероя! Человека, который состоялся, как русский боевой офицер, успешный государственный деятель и талантливый поэт, бывший кумиром юного Пушкина. Все эти достижения дались Державину потом и кровью. Он происходил из семьи бедных дворян, слава и деньги не пришли к нему на блюдечке, он достиг своего упорством и талантом. Карьера Державина началась, как водится у всех приличных русских мужчин 18 века, с военной службы. В тридцать — подпоручик гвардии в составе секретной следственной комиссии — он занимается розыском мятежного «гнезда самозванца», участвует в разведывательных операциях и допросах, собирает и записывает сведения в толстые «тетради», которые дождутся Пушкина и послужат надежным подспорьем в создании исторического романа о дворянской императрице и народном царе. Дойдя почти до половины жизни, он сменит военную службу на гражданскую, займет должность статского советника в Правительствующем сенате. В сорок станет академиком Императорской Российской академии, будет составлять первый толковый словарь русского языка. Проявит себя в управлении Олонецким, затем Тамбовским наместничеством. Ближе к пятидесяти продержится около двух лет в должности кабинет-секретаря той самой императрицы, чью руку он целовал и кому присягал на верность, той самой, которая ценила верность, но не ревность в службе и потому пусть и с орденом, но отправила в отставку секретаря, способного в порыве возмущения из-за попранной справедливости дернуть за мантию ту, чью руку он целовал. Потом сенатор и тайный советник, президент Коммерц-коллегии уже при Павле I, сыне той, чью руку он целовал. В шестьдесят — министр юстиции Российской империи при Александре I, внуке той, чью руку он целовал. Он так яростно отстаивал русские национальные интересы на государственной службе, что однажды схватил за рукава императрицу, которая не стала слушать его по важному делу. Екатерина Великая ценила честность и рвение Державина, в шутку она молвила: "Уберите его, не ровен час, Гавриил бросится на меня с кулаками!" К слову говоря, Екатерина заметила Державина, благодаря его поэме "Фелиция", в которой он хвалил успехи новоиспеченной императрицы и остроумно шутил над ее фаворитами: Что первый я дерзнул в забавном русском слоге О добродетелях Фелицы возгласить, В сердечной простоте беседовать о Боге И истину царям с улыбкой говорить. По сути, до Золотого века Пушкина и Лермонтова, Россия знала трех великих поэтов века 18го - Ломоносова, Державина и Сумарокова. Но Державин многое привнес в теорию стиха, смело экспериментируя с размером, формой и содержанием. Когда старик Державин посетил царскосельский лицей, где особенно отметил талант юного Пушкина, молодых лицейских поэтов, смотревших на него, как на живую легенду, он рассмешил своей простотой, спросив Дельвига: "Братец, а где тут у вас нужник?"