ЧВК ВХОДЯТ В МОДУ. В РОССИИ ЖЕЛАЮЩИХ ОРГАНИЗОВАТЬ ТАКИЕ КОМПАНИИ ДЛЯ УЧАСТИЯ В СВО СТАНОВИТСЯ ВСЁ БОЛЬШЕ. Вообще-то ЧВК – мировой тренд 80-х. И мы были вне этого течения по по понятным советским причинам (в СССР не было частного бизнеса **вообще**). И теперь, как и во многих других областях бизнеса, мы ускоренно проходим все этапы его развития. И, самое главное, своим путем, как говорится, чисто по-русски. Итак, «Золотой век» ЧВК обошёл нас стороной, да и «Серебряный век» тоже. ЧВК в 90-е нам были не особо нужны - мы не вели долгих иностранных войн и не охраняли свои корпорации в странах третьего мира. Конечно, наши граждане и компании участвовали на многих этапах процесса, но как масштабное явление нашей экономики - ЧВК не существовали до войны в Сирии. Американцы напротив. Рамсфелд, министр обороны США, поспособствовал новому этапу возражения ЧВК. В Афганистане, помимо контингента военного, американцы привлекали до 70К сотрудников ЧВК (англосаксы). Помню в Баграме, на базе, в 2005 году я никак не мог понять, что это за вооруженные люди без знаков отличия. Оказалось сотрудники ЧВК. Первой по-настоящему известной и показавшей высокие результаты Российской ЧВК стал «Вагнер». И уже в ходе СВО, как это обычно и бывает, наличие очевидной истории успеха в новом, не структурированном виде экономики, привело к взрывному увеличению количества ЧВК. Очевидно, что рынок не насыщен, и при этом многие считают вход в него выгодным и относительно простым, пока не произошло окончательное формирование рынка. При этом, порог входа в данный момент кажется «дешёвым» на фоне тех выгод, которые он сулит. Надо понимать, что дешевизна - кажущаяся. Военное дело, хоть государственное, хоть частное, это не просто умение найти достаточное количество людей и техники. Это, в первую очередь, уникальные компетенции, которые очень сложно купить. Поэтому стоит ожидать двух параллельных процессов. С одной стороны, многие нынешние ЧВК окажутся однодневками и либо выйдут из бизнеса, либо будут поглощены другими игроками. С другой - произойдёт структурирование рынков, при котором компании займут свои ниши в смежных видах деятельности, частично конкурируя, а частично взаимодействуя. Кто-то займётся классикой и будет аутсорисить логистику и охрану, что актуально в рамках постоянных попыток Украины наносить удары по тыловым объектам. Кто-то займёт более узкие ниши, такие, как частная разведка, специальная подготовка немногочисленных специалистов (в том числе в интересах силовых структур). Кто-то будет специализироваться на отдельных странах и регионах, имея, в том числе и свои экспертные центры. Вероятно, что одна или две компании сохранят полноценные возможности частных армий, но в этом в долговременной перспективе нельзя быть уверенным. Аналогичная ситуация произойдёт и с поставщиками снаряжения, техники, вооружения, приборов и прочего. Что, кстати, скорее всего подстегнёт конкуренцию и разработку в ВПК, поскольку появятся частные клиенты с различными требованиями и условиями работы, вместо одного государственного заказчика. Основной вопрос, который стоит не только в России, но и почти во всём мире, насколько это выгодно самому государству в короткосрочной и длительной перспективе. А если быть точнее, то как найти правильный баланс между ролью частников и государства. Понятно, что ЧВК так или иначе вмешиваются в монополию государства на насилие и внешнюю политику. Но слишком жёсткий контроль над ними, в свою очередь, просто убьёт саму идею экономической инициативы. Общественные последствия также могут быть и позитивными, поскольку силовики стабильно производят больше солдат, чем могут трудоустраивать. Соответственно, почему бы тем, кто не дослужил до пенсии (или дослужил, но желает ещё заработать) не иметь варианты трудоустройства по специальности. На все вопросы, относительно ЧВК, в мировой практике однозначно хороших ответов нет, всё зависит от конкретных обстоятельств и особенностей стран. Мы, Россия, всегда идем своим путем.