Удивительно наблюдать, как Минобороны и генштаб в лице Шойгу и Герасимова пожинают плоды своей же стратегии «гибридной войны». Напомним, одними из важнейших компонентов этой стратегии является использование иррегулярных военных формирований, а также информационная подрывная кампания в отношении противника. Роль иррегулярных формирований исполняет ЧВК «Вагнер», которая до сих пор имеет статус незаконного вооружённого формирования (НВО). Правда, ЧВК «Вагнер» воюет не только с врагом. Своим существованием и успехами она с не меньшей силой бьёт по авторитету МО, в том числе через активно ведущуюся информ. кампанию по дискредитации (скандал со «снарядным голодом», наезды на зятя Шойгу). Получается, что разработанная главой генштаба Герасимовым стратегия «гибридной войны» реализуется не столько в отношении внешнего врага (здесь как раз всё идёт по лекалам традиционной войны с её опорой на долговременность, ресурсную обеспеченность и мощь главного бога – артиллерии), сколько внутри страны. Теперь жертвой этой стратегии стали сами её разработчики. В этой ситуации нет ничего хорошего. Мы далеки от того, чтобы восторгаться ЧВК «Вагнер» и её успехами. Успехи есть, хотя их цена высока (Пригожин сам демонстрировал её). Проблема в другом. Само существование успешной ЧВК «Вагнер» на фоне действий МО оказывает разрушительное воздействие на государство и его институты. Если верить медийной картинке, то НВО более успешны, чем официальные военные структуры. Более того, успехи ЧВК «Вагнер» активно распространяются в медийной среде, а США своими санкциями только подогревают популярность этой конторы во внутрироссийской среде, особенно в патриотических кругах. И эта популярность идёт в ущерб МО и всей власти. Кроме того, популярность ЧВК «Вагнер» косвенно становится источником распространения в российском обществе уголовной субкультуры, так как эта субкультура постепенно реабилитируется благодаря проявлениям героизма её носителей на фронте. Есть очевидный факт – много уголовников в составе ЧВК «Вагнер» погибло за Родину, искупив свою вину. Но побочным следствием этого стало усиление уголовной субкультуры в обществе, особенно в молодёжной среде. Среди привычных типажей молодёжных субкультур – всякого рода геймеров, гопников, политизированных пацифистов, либерастов, воинствующих националистов, антифа и пр., вдруг появилась новая агрессивная в своих проявлениях субкультура – «ЧВК Редан». Некоторые эксперты считают идейным вдохновителем этой группы структуры ЧВК «Вагнер». И этот взгляд имеет право на существование. Дело не только в использовании аббревиатуры ЧВК. ЧВК «Вагнер» воплощает в себе два противоречивых образа: уголовник – герой (в традиционном понимании, на которое опирается государство, уголовник не может быть героем). А «ЧВК Редан» также олицетворяет определённую противоречивость: хлипкие в массе своей геймеры, жизнь которых протекает в онлайн, вдруг проявляют вполне реальную агрессию в офлайне. И в том, и в другом случае имеет место перевоплощение одних типажей в другие. На этом фоне официальные властные структуры – Минобороны или же ответственная за воспитание молодёжи Росмолодёжь – кажутся неповоротливыми бюрократическими образованиями, сильно проигрывающими в общественном восприятии. Особенно в медийной плоскости. И теперь возникает вопрос: что делать? Один подход предполагает инкорпорацию неформальных структур в традиционные, что означает слом привычных стереотипов, устранение неэффективных «лампасников», внедрение новых людей и новых методов в официальные структуры. Другой – легализацию и параллельное существование новых и старых структур с последующим замещением одних другими. Этот путь, на первый взгляд, проще, но в наших условиях более рискован, так как порождает разрушительную в условиях военных действий политическую и медийную конкуренцию. Однако на данный момент ситуация с ЧВК «Вагнер» вообще никак не решается, что подрывает те самые принципы, которые наше государство долгие годы насаждало в обществе, временами крайне жёсткими мерами.