​Всерьез запустить журналистскую карьеру у меня получилось благодаря женщинам. Здесь хочется многозначительно замолчать, но я расшифрую. Благодаря однокурснице и тексту о женщинах и футболе.

В "Прессбол", который для меня с детства был главным чтивом жизни и вершиной белорусской журналистики, я попал случайно. В конце второго курса нужно было выбрать место для сентябрьской практики, а для Беларуси ситуация, когда "выборы есть, а выбора нет" привычна во всем. Уже обжегшись на практике в спортивном госСМИ год назад, я невесело размышлял, куда себя деть на этот раз.

Таня Лукашевич, фанатевшая от "ПБ" не меньше моего, всколыхнула уныние. "Давай в "Прессбол"? Я видела списки, у них там есть одно место для практикантов", — предложила смелая Татьяна. Решив, что гуманитарии не обязаны считать, как вдвоем попасть на одно практикантское место, мы пошли на кафедру писать заявление. Как выяснится позже, даже это единственное место предназначалось не для нас.

В последних числах августа авантюристы направились в редакцию. Дождавшись аудиенции у главреда, попали под строгий взор Владимира Петровича. "Нам тут практиканты не нужны, нам журналисты нужны", — услышали мы и испугались. Чуть смягчив тон, начальник узнал наши предпочтения по видам спорта и предоставил шанс: Таню отправил к шефу по теннису, а мне дал тестовое задание — написать колонку о матче сборной Беларуси по футболу.

Получилось более-менее. И я стал получать по колонке на большие матчи сборной или БАТЭ в еврокубках. По осени было еще неплохо, а вот к весне стало грустно — в феврале борисовчане закончили участие в Лиге Европы, а я выпал из газетного процесса. Таня в то же самое время освоилась в редакции и на лекциях восторженно рассказывала мне истории об Андрее Вашкевиче.

В июне, во время ЧМ-2010, мне пришла идея для колонки — что-то о том, как смотрят футбол женщины. О случайной болельщице на трибунах, моей тете, маме. Я написал об этом Тане — почитаешь, когда допишу? А то, может, и отправлять не стоит.

В разгар творческих мук мне вдруг подумалось, что все это — точно бред. И вообще, наверное, пора идти спать. Уныние, как и год назад, всколыхнула Татьяна — на этот раз звуком "аськи" и сообщением, что она не ложится спать лишь потому, что ждет мой текст. Я напрягся, постарался и дописал.

С утра от главреда пришел позитивный ответ. Текст поставили в номер, а меня позвали в редакцию — там как раз освободилось место. А спустя два месяца внештатной работы ждало официальное оформление.

Берегите женщин!