«Путин встретился с матерями». Лица этой встречи расскажут о содержании «главного российского события дня» лучше любых скупых цитат и обрывков прерванной трансляции. Разве не заметно по этим жизнерадостным улыбкам, как тяжело матери гадать, не разорвало ли ее сына сегодня ночью ракетой на куски? Разве не отразилась на этих лицах невыносимая, перехватывающая дыхание боль всех матерей России, с которыми вдруг перестали связываться их сыновья? Может, именно с таким лицом надо рассказывать о сбежавших командирах и необходимости покупать снаряжение для отправленных на убой? Главное действующее «лицо» сообщило, что «лично разделяет боль матерей, потерявших сыновей на войне». Разве не видно, как ему больно? Среди матерей распознали депутата-единоросску Ольгу Бельцеву, главу исполкома «Общероссийского народного фронта» в Подмосковье Юлию Белехову и члена Общественной палаты Орехово-Зуево Марину Мигунову, а также режиссера Олесю Шигину, снимающую «православно-патриотическое кино». Сложно сказать, кто еще был на встрече, и у кого на фронте сыновья. На коротких видео выступает, в основном, Путин. Песков объяснил, почему так вышло: публикация записи всей встречи будет «зависеть от разговора, захотят ли матери этого или нет». Была, например, замглавы Еврейской автономной области Мария Костюк. Утверждается, что ее сын погиб на войне в Украине. А сама она утверждает, что «иноагенты» и украинские «Центры информационно-психологических операций» вводят в заблуждение родителей мобилизованных. Зато точно можно сказать, кого на встрече не было: мам, записывавших обращения, пытавшихся выцарапать своих сыновей с фронта, женщин из «Комитета солдатских матерей» и «Совета матерей и жен мобилизованных». Никто не ожидал, что будет по-другому, конечно. Но без фиксации настолько ярких моментов картина очередного уходящего дня войны была бы неполной.