Опубликованные последние данные (на 01.10.2018) по чистой международной инвестиционной позиции России дают нам возможность посмотреть, как менялись и к чему пришли совокупные финансовые показатели страны после начала «украинских» событий.

На конец 2013-го года совокупные международные активы, принадлежащие российскому государству, компаниям и частным лицам составляли сумму 1 475 млрд $. При этом мы должны были миру 1 343 млрд $.

Чистая международная инвестиционная позиция была равна 132 млрд $.

Т.е. мы были нетто-кредитором для мира.

Начиная с трагических украинских событий, введения антироссийских санкций наши внешние активы упали почти на 200 млрд $ за 2014-й год и еще почти на 100 млрд на 2015-й, достигнув минимума в сумме 1 170 млрд $ к концу 2015-го года.

Но одновременно с этим, продавая внешние активы, мы стали еще более резко расплачиваться по собственным долгам. За 2014 наши обязательства уменьшились на 378 млрд, а в 2015 еще на 100 млрд $.

И в результате к концу 2015 наша чистая инвестпозиция увеличилась до суммы 331 млрд.

За те два года мир стал нам должен на 200 млрд $ больше.

Эта та цена, которую понесли западные инвесторы в России от обесценение их российских активов и из-за того, что они должны были с убытком продавать многие свои активы из-за санкций.

В 2016-м снова начался рост и активов и долгов - маятник качнулся вверх. При этом российский бизнес и государство привлекло внешних займов на 100 млрд больше, чем нарастили внешние активы, уменьшив чистую инвестпозицию.

В 2017-м ситуация компенсировалась, внешние активы увеличились больше, чем долги - маятник качнулся вниз.

В ушедшем 2018-м году впервые начиная с низов «постукраинских» событий наши активы вышли на плато.

Они вообще не выросли и составляют сегодня 1 339 млрд $. При этом мы немного погасили свои долги - на 41 млрд $.

В итоге, на сегодня чистая инвестиционная позиция сложилась в 313 млрд $, что на 181 млрд больше, чем до «украинских» событий.

Мы оказались в выигрыше! Пока мы только выиграли от этой заварухи и цифры показывают, что в момент обострения ситуации (2014-2015), в момент резкого нагнетания санкционных действий, теряют больше внешние игроки, чем мы. Если санкции как-то обострятся, то от этого они потеряют больше чем мы. Ведь им есть, что терять - внешний мир вложил в Российские активы около 1 трл $.

P.S. Нам бы еще научиться превращать эти «внешние» выигрыши во внутренние проекты и внутренний рост.