С первого же дня работы у меня сразу был свой кабинет.

Это многое меняет во взглядах на жизнь и надолго определяет образ мышления.

Менялись банки и обстоятельства, но личный кабинет с того момента был уже всегда.

После падения Тверьуниверсалбанка, где вместе с кабинетом была еще и приемная с секретарем, я пошел к Прохорову в МФК, где мне дали офис на выселках, приемной там не было.

Но личный кабинет был и это давало возможность сосредоточиться, выстроить новый план и начать действовать.

Мы переезжали в те годы несколько раз, но кабинет был всегда и всякий переезд начинался именно с него. Только поняв, где будет офис и как устроен кабинет, мы перемещались.

Перед самым дефолтом 98-го меня с командой стал переманивать к себе CSFB (Credit Suisse First Boston). Они давали хорошую должность, большой оклад, гарантированный бонус и намекали на возможности дальнейшего карьерного продвижения.

По деньгам и возможным перспективам их предложение было лучше, чем были мои условия в МФК. Когда я уже почти решился и поехал к ним посмотреть, как они сидят, мне показали, где предлагают разместиться мне.

Это было место в общем зале, там сидели все сотрудники CSFB. Отдельный кабинет был только у самого главного начальника, остальные в общем зале.

Я не подал вида, но в тот момент сразу принял решение, что их предложение не приму. Трудно представить, как ты будешь приходить в общий зал, после личного кабинета. Возможно ли будет там сосредоточиться? Как я буду работать?

Я ненавижу open space.

Это – модно, экономно и, наверное, эргономично.

Но я не представляю, как в такой обстановке можно работать и принимать решения.

Сразу после дефолта, когда рухнуло большинство российских банков, мы задумались командой начать-таки собственный бизнес.

Пока еще только задумались. Для такого решения нужно много чего: начальный капитал, команда, общая идея бизнеса, но и этого мало. Нужно что-то еще.

В тот момент я случайно узнал, что освободился наш старый ТУБовский офис на Трёхпрудном, где у меня был кабинет, с приёмной.

Это и было последней каплей.

С того момента мы и начали собственный бизнес, я занимаюсь им до сих пор.

Когда ты начальник и все процессы налажены, вроде бы можно в офис и не приезжать.

Основная моя работа – разговоры по телефоны, работа с компьютером и периодические встречи с сотрудниками или с кем-то во вне. Вроде бы, это все можно организовать и не выезжая из дома и квартиры, там тоже есть телефон и компьютер.

А в офис заезжать лишь для встреч и совещаний.

Современные средства коммуникаций вроде бы могут обеспечить любую связь и доступ к любым документам. Но это… вроде бы. По жизни, я не могу работать вне офиса и своего кабинета, только там можно сосредоточиться и думать о деле.

И потому каждый день, вот уже почто 30 лет, рано утром, я выезжаю на работу и поздно вечером возвращаюсь домой. Как начальник, я могу сам определять свой день, могу приехать позже, могу уехать раньше.

Но внутренняя дисциплина держит установленный давно распорядок, и я не позволяю себе это менять.

Я приезжаю домой не ранее семи, восьми.

Однажды, когда дела были вроде бы сделаны, я решил приехать домой пораньше.

Часа в шесть.

- Папа, что-то случилось? – тут же спросили меня дети и жена.

Я задумался и понял, что да - случилось. Целый лишний час дома я не мог понять, что мне делать и куда себя девать. Такой потерянности ты никогда не чувствуешь в своем кабинете, даже если дела уже и сделаны.

P.S.
Это очень важно – иметь свой кабинет.