Моего дядю звали Гришей ז"ל. При обрезании ему дали имя Цви Хирш (Олень), и назвали его так в честь его прадеда по отцовской линии, Цви Хирша Модыка ז"ל, который был потомком Аарона и принадлежал к священнической ветви колена левитов, предки которого служили в храмах Иерусалима... У него была не простая судьба. Два раза он оказывался там, "где сто плачут, а один смеётся". Так называл те места мой дед, копируя своего отца. А они знали, что это за места, т.к. оба прошли ГУЛАГ. Мой дядя был великим жизнелюбом. Он был сильным человеком. И я, вспоминая его сегодня, завидую его силе, и способности не сломаться, несмотря ни на что... Он обожал импрессионистов. Он читал все книги, которые вышли о них в Союзе и России. Он мог вечно говорить о Ренуаре и Мане, о Сислее и Тулузе-Лотреке, о Гогене и Ван Гоге, о Сезанне и Гойе... Как-то он рассказал мне такую историю, которая врезалась мне в память. Как-то к старому и больному Ренуару пришли богатые заказчики, и попросили его нарисовать портрет за огромную сумму денег. Тот им отказал. Когда они ушли он произнес: - В молодости я работал за обед. Каторжно работал... А сейчас, за каждый мазок моей кисти мне готовы платить огромные деньги. Но сейчас мне это уже не нужно... Все должно происходить во время. Не надо откладывать любовь, поездки, праздники, встречи с друзьями, изучение мудрости, добро... Не надо... Он не хотел стареть, и видимо поэтому, Бог забрал его ещё совсем не старым... Сейчас он там, где нет старости и болезней, смерти и печали. Я вижу любимый моим дядей Париж, в котором он никогда не был, (это конечно не наш Париж, а верхний Париж), и там, глядя на панораму города, он обсуждает что-то с Ренуаром. Оба молодые и красивые. Играет аккордеон. Дети веселятся на каруселях, небо голубое и светлое, а в воздухе аромат свежей выпечки... ✡️ @Раввин Михаил Финкель