Примирение двух заклятых врагов – Ирана и Саудовской Аравии – стало большим дипломатическим успехом Китая, при чьем посредничестве велись переговоры. Восстановлению дипломатических отношений между Тегераном и Эр-Риадом способствовала и Россия. Заодно на Ближнем Востоке произошло переосмысление роли США и их союзников. До арабского мира наконец дошло, что "благодетели" стравливают их как детей. Результатом длительных переговоров и взаимных компромиссов стало заявление Королевства Саудовская Аравия (КСА) и Исламской Республики Иран (ИРИ) о намерении восстановить дипломатические отношения в течение двух месяцев. За неожиданным событием последовал шквал различных публикаций. Как сообщает иранский исследователь из ОАЭ Махмуд Аль-Бази в своей статье для Emirates Policy Center, с иранской стороны процесс переговоров вел секретарь Высшего совета национальной безопасности Али Шамхани – так иранские власти хотели показать соседям, что в долгосрочном примирении и соблюдении договоренностей заинтересовано высшее руководство. Самого Али Шамхани тоже выбрали не случайно – он родился в Ахвазе, центре арабоязычной провинции Хузестан на юге Ирана и говорит по-арабски. Тут еще важно вспомнить, что в 2004 году Шамхани стал первым иранцем, получившим высшую саудовскую награду — Орден Короля Абдель-Азиза — за свою роль в предыдущей саудовско-иранской разрядке. Саудовскую точку зрения представил Хешам Аль-Ганнам, в течение последних двух лет участвовавший в переговорах второго трека с иранцами, в статье для журнала Аль-Маджалла: США уходят с Ближнего Востока и больше не являются надежным провайдером безопасности, саудовскую нефть все больше покупают страны Восточной Азии, а КСА заинтересовано в стабильности в регионе в целях экономического развития. «Сегодня благосостояние саудовского народа зависит от торговых отношений с Восточной Азией во главе с Китаем», – утверждает автор. По его словам, Эр-Рияд убедился, что ему необходимо искать два новых источника передового оружия помимо США, которые стали выставлять политические условия при продаже вооружений королевству, одновременно необходимо развивать собственную военную промышленность. Эксперты ближневосточного Центра Карнеги в связи с этим вспоминают фразу бывшего главы саудовского МИД Сауда Аль-Фейсала от 2004 года о том, что отношения КСА и США являются не «католическим», а мусульманским браком, в котором разрешено иметь четырех, а не одну жену. КСА не хочет «разводиться с США», а лишь ищет «других жен». В связи с этим американские эксперты беспокоятся, что стремление США уйти из региона Персидского залива создало новые возможности для России и КНР. Некоторые даже назвали саудовско-иранское соглашение «первым значимым примером пост-американского Ближнего Востока». Ню Синьчунь, директор Института ближневосточных исследований Китайского института современных международных отношений, ранее указывал на неизбежность столкновения американо-китайских интересов на Ближнем Востоке. Если прежде интересы Китая и США на Ближнем Востоке были комплементарны — США фокусировались на вопросах безопасности, а Китай на экономических интересах — то в последние годы они становятся все более схожими. Будет ли замирение КСА и ИРИ реальным? Узнаем скоро. Достаточно будет посмотреть на информационное пространство. Дело в том, что Эр-Риад и Тегеран много лет ведут настоящую информационную войну друг с другом. То, как закончится война в СМИ, продемонстрирует жизнеспособность ирано-саудовского соглашения о нормализации отношений, сообщает CNN. В настоящее время в проамериканских странах Залива много прозападных СМИ, однако их влияние ослабевает, а репортажи о реальной деятельности Запада стали появляться в местных медиа. @PolitTransit