Некоторые главы регионов решили, что если они поддерживают СВО, то остальными обязанностями можно не заниматься. Но им напомнили, что про «мирные» дела тоже нельзя забывать. Правительство расширило критерии оценки работы губернаторов.
В настоящее время оценка эффективности глав регионов включает 38 методик: 19 — для расчета показателей за предыдущий год, еще 19 — для установления целевых значений на будущее.
Теперь же будут дополнительно оцениваться показатели доступности и безопасности образовательных учреждений. Случаи расстрелов в школах или массовых отравлений детей уже не получится списать на других.
«Мы и так за все отвечаем <...> Основное — то, что мы эту работу делаем и так, ну тут еще будем оцениваться по этой работе. Школы были, есть и будут нашей ответственностью», – сказал «Ведомостям» губернатор Брянской области Богомаз.
Совершенствование системы оценки работы губернаторов демонстрирует кадровую эволюцию, которая идет 10 лет, считает основатель телеграм-канала «Толкователь» Павел Пряников.
В 2013 году на базе РАНХиГС появилась «школа губернаторов», а в глава ФНС Мишустин начал цифровизацию управления в своем ведомстве. Суть этого явления – стандартизация управления.
На самом деле кадровая эволюция шла с первого президентского срока Путина. Но проходила она в ручном режиме. В самых важных регионах была оставлена некая «вольница», точнее система учета интересов правящих групп. Эти важные регионы можно пересчитать по пальцам двух рук – Москва, Петербург, Чечня, Татарстан, Якутия, Московская область. Все остальные регионы должны были попасть под стандартизированное управление. В 2010-е ручное управление стали заменять программируемым, которое назвали «технократизм».
Основу такого подхода к управлению создали приверженцы «методологического мышления». Система экспериментально была испробована в Приволжском федеральном округе в начале 2000-х, затем – в «Росатоме», а когда показала свою эффективность, ее перенесли на масштаб всей России. Продвижением «технократизма» активно занимался Кириенко, который был полпредом президента в ПФО, потом возглавил «Росатом», а сейчас является заместителем руководителя аппарата президента РФ.
В свою очередь, основные принципы управления были взяты методологами из работ директора Центрального института труда Гастева, который в 1920-30-х годах разработал «управленческий комплекс», суть которого он кратко выразил так: «Нужно добиться того, чтобы работник стал придатком к машине». Другими словами, даже при замене важного управленца Система должна работать и дальше.
Эта управленческая модель доказала свою действенность во время сталинских репрессий 1930-х. Тысячи новых управленцев пришли на место старых, репрессированных, но Система устояла.
Роботизация, автоматизация и цифровизация в первую очередь положительно сказывается на системах управления (что в частном бизнесе, что в госуправлении). Сейчас управленцы получают доход от места, которое занимают. И чтобы его сохранить, руководитель должен все время всех обманывать. И пугать, что если вдруг ликвидируют его рабочее место, то что-нибудь рухнет. Технократизм должен исключить такой шантаж управленца.
Вероятно, следующим этапом стандартизации управления станет ее перенос на муниципальный уровень (через «школу мэров»).
В то же время не все считают правильным увеличивать количество критериев оценки качества работы. Политолог Виноградов полагает, что число критериев эффективности в идеале не должно превышать трех-пяти, в противном случае «разбивается» представление о приоритетах.
@PolitTransit
