Нам, кажется, предстоят еще полтора месяца зимы. Такова примета. Сурка, именуемого Панксатонский Фил, вытащили в 15:25 по московскому времени на свет, и он из двух свернутых свитков — один предвещал скорую весну, другой — продолжение зимы на протяжении еще шести недель — предпочел пророчивший долгую зиму. Как жаль, что сегодняшний День сурка на Индюшачьей горе в Панксатони, где живет этот фольклорный персонаж, ознаменовался таким исходом! Очень соскучился я по весне! В Древнем Риме вместо сурков использовались ежи, в Германии отслеживали поведение барсуков. Немцы, перебравшиеся в Пенсильванию и не обнаружившие там ни ежей, ни барсуков, при поддержке других жителей штата официально определили в 1886 году на роль метеоролога сурка. Вряд ли бы День сурка приобрел мировую известность, если бы не великолепный одноименный фильм режиссера Харольда Рэмиса, вышедший на экраны в 1993 году. Билл Мюррей в качестве метеоролога Фила Коннорса, застрявшего в петле времени (каждый день — 2 февраля, пока вы не станете другим, гораздо лучше), создал образ столь емкий, что фильм можно пересматривать многократно. Но ничем не уступила ему и Энди МакДауэл (Рита), в которую герой Мюррея постепенно, но всепоглощающе влюбился. (Увы, кажется, всё меньше и меньше таких привлекательных — одновременно умных, тонких и сексуальных — женщин остается в наши дни.) «А что если завтра не существует? - печально говорит метеоролог в один из повторяющихся дней. - Ведь сегодня его не было». Вопрос для нас, живущих в условиях коронавирусной изоляции, не праздный. А что если этого завтра — не трагичного, а жизнерадостного, — действительно не будет? Кошмар. Но отчаиваться нельзя. Будет. Точно будет. Надо только очень сильно этого захотеть. За несколько дней до Дня сурка умер собрат Панксатонского Фила — Милтаунский Мэл, живший в норе на территории похоронного бюро возле городка Нью-Брансуик в штате Нью-Джерси. В прошлом году он предсказал раннюю весну. Он вообще чаще Фила верно оповещал о ее наступлении. Фил (а сурков под одним и тем же именем с 1886 года сменилось на Индюшачьей горе очень много), согласно записям в журнале «Клуба сурка Панксатони», 105 раз пророчил долгую зиму и лишь 20 раз — раннюю вену. Точность прогнозов его, правда, была не очень высока — около 40%. Надеюсь, и сейчас ошибется. Впрочем, разве это патриотично — полагаться на американские приметы, сурков там всяких? Лучше пусть Рамзан Кадыров скажет, когда в России наступит весна.