Согласно Аристотелю, есть два взгляда на то, что делает жизнь стоящей. Гедонистический, когда человек постоянно стремится удовлетворять свои потребности и желания, зациклен на мыслях о самом себе любимом, и эвдемонический — когда жизнь связана с чем-то бОльшим, чем эти эгоистические желания, с широким миром, будущим других, заботой о них. Гедонистический — от первобытных людей, эвдемонический — результат эволюции, люди научились рефлексировать, думать на длительную перспективу. Трудно не согласиться с антропологом Маргарет Мид, отметившей, что первым признаком наличия цивилизации было обнаружение скелетов людей с зажившими после перелома бедренными костями. У животных все со сломанными ногами погибают: не могут охотиться, не могут убежать. Бедренная кость срастается очень долго. Если срослась, значит, кто-то помог пострадавшему: кормил-поил, выхаживал. Этим люди отличаются от животных. Обычно в каждом человеке уживаются и гедонизм, и эвдемонизм, только в разных пропорциях. Крайности опасны. В этом году, однако, ученые Шиге Оиши, профессор психологии из Университета Вирджинии, и Эрин Вестгейт, доцент психологии из Университета Флориды, предложили новый критерий качества жизни — «психологическую насыщенность». Не то, насколько жизнь индивидуально счастлива или общественно полезна, а то, насколько она богата интересным и разнообразным опытом, даже если он порой был тяжелым. И доказывают, что большинству людей именно это было бы важнее всего. Но вот вопрос: не исключает ли психологически очень насыщенная жизнь желание жить вечно? С начала XX века продолжительность жизни на Западе возрастала на три месяца в год. Это считается прогрессом. Но дольше жить — всегда ли лучше? Дольше, больше — не догмы ли это примитивного капитализма с доминированием формы, внешнего, над содержанием, внутренним? Системы здравоохранения едва справляются с обслуживанием стариков, не способных жить полноценно. Молодежи всё сложнее их содержать. Сама она, здоровая, в XXI веке уже живет гораздо хуже немощных. Недавно более 750 тысяч итальянцев (и пенсионеров среди них немало!) подписали петицию с требованием провести референдум по легализации эвтаназии. Вероятно, он пройдет уже в следующем году. Люди хотят избавиться от мук, которые старость доставляет всем. (В России вместо эвтаназии решили использовать повышение пенсионного возраста. И это логично: у нас так долго, как в Италии, не живут.) Но бывший россиянин Юрий Мильнер вместе с владельцем Amazon Джеффом Безосом и некоторыми другими миллиардерами инвестируют в компанию Altos Labs, озадаченную поисками вечной жизни. Может быть, имеет смысл собственные как-то более достойно завершить? Например, избавить складских рабочих Amazon от необходимости писать в бутылки из-за отсутствия возможности сходить в туалет без нарушения конвейерного графика упаковок. Увы, Мильнерам и Безосам не понять, что именно смерть придает жизни значение. Они рассматривают смерть как поражение и хотят его избежать. Ребята, это совсем не так. Почему древнегреческие боги влюблялись в простых смертных? Потому что смертные способны на выдающиеся поступки, которые бессмертным совершить не дано. Они могут отдать жизнь во имя кого-то или чего-то, что богам недоступно. Настоящая любовь — разве это не самопожертвование? Жизнь без возможности смерти — существование.