С самого начала мобилизационных бунтов я говорил, что у власти есть два варианта реакции на них – плохой и очень плохой. Плохой – это идти на уступки. Именно его поначалу и пробовали. В чём для Кремля с ним проблема? Если вы исполняете требования мобилизованных после того, как они ярковыраженно отказываются от исполнения обязательств – вы наделяете их субъектностью. Демонстрируете, что "так можно было". Вероятность увеличения количества таких бунтов вырастает, так как другие видят, что это довольно безопасный способ добиться требуемого. Однако при этом вы не получаете прямую антипатию к власти, скидывая всё на "царь хороший, бояре (генералы) – СВОлочи". Второй вариант – подавление. Это может быть довольно широкий спектр мер: от заведения уголовных дел до силового столкновения. Мы видим, что в последние недели как-то потихонечку власть пытается поддавливать и военных. Почему это очень плохой для власти вариант? Потому что в тот момент, когда солдат поймёт, что с ним говорить никто не готов, а царь от бояр мало отличается, он будет поставлен перед выбором: идти на конфликт, осознавая, что его накажут. Второе – идти умирать. Чем больше будет информации о том, что происходит с мобилизованными на линии фронта, куда их обещали не отправлять, тем больше первый вариант действий будет казаться выигрышным. А я напоминаю, что это не ребята со стаканчиками кофе (страшное для росгвардейцев оружие), а с автоматами. Ржавыми, но автоматами. Условному менту (хоть в военной полиции, хоть в обычной) – не очень важно, из чего именно его застрелят. Собственно, как это работает, мы уже видели в России на примере Первой мировой. Сделаю важную оговорку – конечно, во власти всё это понимают, поэтому пытаются пройти "между струйками". На одних они заводят дела, на других нет. К требованиям экипировки относятся со снисхождением (и сжатыми зубами), а отказ воевать очерчивают красной линией. Получится ли у них? Вряд ли. За последние 9 месяцев все их таланты мы можем наблюдать в режиме онлайн. https://t.me/mobilizationnews/4332