Это снова произошло. Владимир Владимирович написал статью. Очень большую. И очень умную. Называется — «Об историческом единстве русских и украинцев». Проделана колоссальная работа. Текст поражает количеством фактов, имён, дат и ссылок на первоисточники. Читая, невольно думаешь: «Откуда полковник запаса знает о Боброке с Волыни?». И тут же отвечаешь: «Ничего удивительного: это же Владимир Владимирович. Он знает всё». Папочки, друзья. Подыграем президенту. Скажем, что мы верим и в подлинность авторства, и в искренность посыла. Любое сочинение, как и вообще любая речь, — прекрасная возможность заглянуть в череп автора и рассмотреть его сознание. Сознание Владимира Владимировича уникально: его не коснулась современность. Конечно, наблюдение не ново, но всё же теперь — благодаря обилию деталей — картинка сложилась полностью, а все сомнения относительно вменяемости первого лица улетучились. Лицо это несомненно невменяемо. Жизнь Владимира Владимировича радикально отличается от нашей. Но речь не о профессии президента с её прелестями и издержками. Мы говорим о повседневности. Просыпаясь, Владимир Владимирович думает: «Как же хорошо, что я великоросс, представитель большой русской нации, триединого народа, а в братьях у меня малороссы и белорусы. И на языке одном когда-то говорили». В это мгновение воздух в комнате наполняется исконностью, на предметах проступает гжельский и хохломской узор. Далее — молитва, после которой президент весь день постигает важность объединяющего начала православия. Перед сном национального лидера терзают печенеги и тени нацистских недобитков. Ночью сниться Империя. Как и всегда, идиллию нарушает одно незначительное обстоятельство. Всем абсолютно пофиг. Поясним. Цель любой идеологии — увлечь как можно больше людей. Для этого ей совсем необязательно быть стройной, логичной, непротиворечивой или доказательной. Главное — быть яркой. Именно последнего так отчаянно не хватает путинскому опусу. Для рядового человека XXI века любые апелляции к истории и уж тем более к вере выглядят бесконечно скучно. Никто не будет ни спорить, ни надрываться, ни хрипеть не потому, что это нелепо, а потому что неинтересно. Для людей, 24 на 7 погружённых в TikTok, Instagram, Netflix, ютуб, стримы, мемы, челленджи, квесты, мессенджеры, смузи, феминизм, электросамокаты, каршеринг, гей-прайды и путешествия, рассуждения о громадных пространствах — от Ладоги, Новгорода, Пскова до Киева и Чернигова — воспринимаются как бессмысленный бубнёж и вызывают лишь зевок. Родись Владимир Владимирович двести или хотя бы сто лет назад, статья могла бы иметь успех. Сегодня же она способна разжечь только самого автора.