В этом году я не поздравила ни с Рождеством, ни с Новым Годом людей, которых поздравляла всегда. Причина – взгляды на происходящее на Украине, разумеется. Никаких терзаний при этом не испытываю, и легко вижу грань между иным мнением, на которое человек имеет право, и мнением, имеющим разрушительные последствия. Но и в этом не хотелось бы упустить состояния, в котором ты сам становишься непримиримым перед другим мнением в принципе, высокомерным, ведь прав только ты, и как следствие – интеллектуально костным. Твой обзор сужается, раз ты разучиваешься видеть и различать другие оттенки. И все – ты костный, негибкий. Вот эту грань уловить сложнее всего. И поэтому надо очень четко отделять иное мнение от мнения, несущего разрушительные последствия.   Вот, к примеру, пацифизм. У нас за этот год в стране обозначилось множество пацифистов. И если брать тех, кто поддержал СВО, то пацифизм – это как бы просто иное мнение относительно СВО. «Вы думаете так, а мы – иначе». Хорошо, вы думаете иначе, но давайте смотреть на последствие вашего мнения. К чему должна прийти страна, если все в ней встанут на пацифистские рельсы? В соответствии с этим мнением, она должна будет объявить капитуляцию, покинуть театр боевых действий, бросить там зависящих от нее людей на верую смерть, принять новые цены на ресурсы. Признать себя слабой. Позволить другим себя потрошить и собой управлять. Унизиться. Это деградация? Это безусловная деградация. И потому пацифизм превращается из «просто иного мнения» во мнение, несущее разрушительные последствия. Пацифизм сегодня – позиция, и позиция политическая. И это я еще не говорю о тех, кто имея российское происхождение, поддержал Украину.   К чему я вообще завела этот разговор? Не потому, что в моем списке контактов уже бесполезные номера, на которые я никогда не отвечу. Скорее, потому, что в принципе страшно то общество, в котором люди разучиваются слышать друг друга и улавливать оттенки иных мнений. Но мне кажется, если дать четкую классификацию «иному мнению», как мнению, предлагающему иной путь, иное видение, но не деструктив и деградацию для огромного количества людей и всей страны, то в нашем российском обществе мы еще имеем все шансы его воспринимать и даже в многообразии. Но шансов мнению, несущему разрушительные последствия, давать не надо. Это – не мнение, это деструктивная гражданская позиция.