Получила письмо из Польши «Что у нас происходит? Мы постоянно с утра до вечера думаем о том, что происходит у вас. Но и у нас происходят разные вещи. Директор наш очень любит насаждать силой правильные взгляды, чтобы его заметили и в Краков поскорей забрали. Человек не местный, городской. Ну он 24.02 прямо утром устраивает в школе митинг, и там только «москоляку на гиляку» не кричали. Особенно усердствовали этого директора подхалимы. Те прямо рвались в бой. И тут трое учителей выступать отказались. Просто из бабского упрямства – если нас заставляют, то мы не будем. А заставить гуральку (горянку), тем более если она уже сказала «нет», это задача не для городского карьериста. Подхалимы побежали по классам требовать, чтобы дети переводились в параллельный класс от взбунтовавшихся учителей. А директор вызвал бунтовщиц в свой кабинет и стал орать, чем окончательно всё испортил. Те говорят: у нас с русскими войны нет, а украинцы тоже хороши. У нас уроки пропадают. Пусть пан директор на нас не кричит, а то мы мужьям расскажем. А дети домой пришли, и мамам сказали, что их в параллельный класс переходить заставляют, а они не хотят. Проходит один день, потом другой, с бунтовщицами коллеги не разговаривают, директор запретил. Ну и, представьте, приходит в школу ксёндз. Пожилой человек, всех он тут перекрестил, переженил, перехоронил, и за него местные убить готовы. Секретарша слышала, ксёндз сказал – это не по-божески. И что у нас свобода слова в общем-то. А несказанное слово, это тоже слово. Директор сказал, что пожалуется в Курию, а ксёндз сказал, вот прямо бискупу (епископу) и жалуйтесь на меня. Ну и некоторые коллеги опять стали здороваться, а некоторые – нет. Вообще реакция на события не простая. Есть категория людей, у которых Россия и война с ней это что-то между религией и хобби. Они этому посвящают жизнь. Они просто вне себя, мол мы говорили, предупреждали! Они смакуют подробности многочасовых изнасилований российскими солдатами, украинских, естественно, маленьких детей, вдов и сирот, причём, желательно в одном лице. Эти почти сливаются с мэйнстримом, впечатление, что тут все такие. А это не так. Совсем не мало людей вполне адекватных. Ну и беженцы, это отдельная история. Одна знакомая знакомых приютила у себя двух украинок. А было она активистка общественница, и пока выбивала, выправляла им и другим документы и помогала устраиваться, они нежно отблагодарили её мужа за гостеприимство. Теперь она требует прекратить выплаты беженцам, беречь деньги польских налогоплательщиков и всем напоминает про Волынскую резню. Обнимаю Вас, Марина, очень тепло. Берегите себя! Привет Вам тоже очень тёплый от Светки и Сашки. А мои все выступления отменили. Ну и что? Я разве герой? Вы знаете, что я приехал в Польшу после развала Союза. Это была эпоха жуткого стыда от развала страны, стыда, смешанного с романтическими надеждами. Я был не готов к этой ситуации, не понимал еë. Я искренне верил, что капитализм, это спасение. Сегодня польский мэйнстрим вылечил меня от иллюзий. Путин вернул достоинство. Мне 60 лет, я не очень гожусь в солдаты, но мыслями я с вами каждую минуту».